Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 154 – Полина Раевская

Помните Надюху из «Любовь и голуби» с ее задорным «не пойду» после того, как Василий приполз обратно?

Вот я нынче Надюха. Мне как-то так мгновенно легчает почти до эйфории, и я возвращаюсь к жизни. Вспоминаю, что так ничего и не поела, поэтому иду разбираю все, что Мингаров назаказывал. Разогреваю себе сырники, омлет, варю кофе, прошу Алису включить фоном какую-нибудь документалку и любуюсь цветами. Внутри все трепещет и вместе с тем, я понимаю, что извинения и цветы — это, конечно, хорошо, но недостаточно, да и вообще… Пошел этот говнюк к черту!

Я не собираюсь из-за его манипуляций принимать базу за роскошный максимум и радоваться, что он соизволил, наконец, вести себя, как нормальный, адекватный мужик.

Спасибо, конечно, но это ничего не меняет! Поэтому весь вечер старательно игнорирую его сообщения, на следующий день тоже. Как ни странно, это даже несложно. Вижу его имя на экране и смахиваю уведомление, не открывая и не читая, хотя страсть, как хочется, но нет, а то еще расчувствуюсь.

После первого букета в понедельник приезжает еще один курьер, во вторник другой. Цветы сменяются крафтовым шоколадом, всякими милыми подарочками, что с одной стороны приятно, а с другой — бесит.

Тимур продолжает изливать душу в войсах, я — игнорить. Он пишет что-то еще, пока я не блокирую его в одном мессенджере, что, конечно же, Мингарова не останавливает, и он появляется в другом. Блокирую там тоже, и приходит обычное сообщение.

Что ж… черный список дождался своего гостя.

Жду, что Мингаров начнет террор с других номеров, но, видимо, допетрив, что для тети-милениала телефонные разборки — несерьезно, меняет тактику.

В среду выхожу из больницы, на ходу застегивая пальто и пытаясь решить, на что у меня сегодня хватит сил: сходить на тренировку или убраться в квартире, но все в это мгновенно отходит на десятый план, стоит поднять голову.

Мингаров стоит у главных ворот, сунув руки в карманы темных, широких джинс с таким невозмутимым видом, будто не караулит женщину, которая заблокировала его везде и всюду, а ждет, чтобы отвезти на свидание.

Невольно оглядываю его с ног до головы и тут же злюсь на себя, ибо, как всегда, внутри начинает подрагивать от одного его вида. Тимур сегодня как-то по-особенному хорош, весь, как с иголочки: выбритый, выглаженный, пахнет какой-то дорогой нишей. Графитовая, хлопковая куртка прямого кроя подчеркивает ширину плеч, темно-синий джемпер, виднеющийся в ее расстегнутых полах, красиво оттеняет глаза, лоферы от Доктора Мастерса добавляют к немаленькому росту еще несколько внушительных сантиметров.

В общем, парень явно подготовился и, надо признать, удачно — такой смарт-кэжуал ему безбожно идет, делая еще более статным и залипательным. И я бы, наверное, залипла, как дура в очередной раз, но этот проклятый вызов в упрямом взгляде — он будто манифестирует: если нас выставили за дверь, мы не полезем в окно, а просто к чертям собачьим снесем стену.

Что ж, удачи, друг!

С этой мыслью спешу поскорее покинуть территорию больницы, но Тимуру хоть бы хны, просто следует за мной.

— Привет, — слышу абсолютно индифферентный тон.

— По-моему, я ясно дала понять, заблокировав тебя, что не хочу ни видеть, ни слышать, — шиплю, быстро оглядевшись по сторонам, и торопливо перебегаю на другую сторону улицы, чтобы нас никто, не дай бог, не увидел вместе.