Книга Пламя греха, страница 86 – Лаура Пеллегрини

— Разберись с Риццо, или вмешается мой брат.

Я протягиваю ей руку, ожидая, что она пожмёт её.

— Сделка? — предлагаю я.

Она смотрит на меня, затем на мою руку. Сглатывает.

— Габриэль убьёт меня за это.

— В Нью-Йорк не въедет никто, кого не знаю, можешь быть уверена.

Она делает глубокий вдох, снова смотрит на мою руку, стискивает зубы.

— Руссо и Греко вместе... Какое безумие, — говорит она, пожимая в ответ.

Я улыбаюсь.

— И всё же, какие невероятные возможности, ты так не думаешь?

Людовика

До того, как реки впали в моря, птицы летали по синему небу, а поля были вспаханы, в таинственной стране, омываемой лазурными водами, жила прекрасная молодая женщина. Её звали Дэли. Зачатая от тайной любви Ареса, её спрятали вдали от матери.

Дэли была прекрасна, поистине ошеломляющая, и вскоре весть о её чарующей красоте разнеслась по всему миру, достигнув даже ушей бога подземного мира Аида. Привлечённый её красотой, он расположился на горе Эриче, ожидая возможности полюбоваться девушкой. Дэли только что прилегла под большим дубом, наслаждаясь прохладой его густых ветвей, как вдруг появился Аид и попытался силой лишить её девственности. Арес, видя происходящее насилие и плотское прелюбодеяние, напал на Аида с армией, но был побеждён. Поэтому молодой женщине ничего не оставалось, как смириться со своей участью под беспомощными взорами богов олимпа. Потом Венера, спустившись с горы Эриче, забрала хрупкое тело Дэли и унесла её подальше от извращённых желаний Аида, за воды Трапани. Девушка превратилась в остров Фавиньяна, из чрева которого родились два полубога, Гиера и Фарбантия, плоды насилия Аида.

Красота полубогов не уступала красоте их матери и до сих пор вызывает восхищение. Фавиньяна, в нескольких километрах от Трапани, каждый день взирает на своих двух детей, Мареттимо и Леванцо.

Вечерний ветер треплет мои волосы. Я сжимаю кулаки, глядя на солнце, медленно садящееся за горизонт, где Эгадские острова — тёмные точки на фоне огненно-красного неба.

— Ты знала эту историю? — Кармела останавливается рядом со мной, смотрит на захватывающий дух вид, нежно улыбается, и я чувствую, что вот-вот взорвусь.

— Да, но никто никогда не рассказывал мне её так.

Кармела вздыхает, а я искоса смотрю на женщину. Её волосы собраны в пучок, щёки раскраснелись от солнца.

— Дэли должна была убить Аида за то, что он с ней сделал.

Негодуя, поворачиваюсь к ней, потому что всё в этом мифе возвращает меня к моим отношениям с Дамиано. И я ненавижу его, так же как и тьму, которая его окружает и которая притягивает меня всё сильнее с каждым проклятым днём. Будь я Дэли, я бы широко раздвинула перед ним ноги, насладилась бы греховным плодом этого желания, а потом вонзила бы ему нож в спину.

— Не все истории с плохим началом заканчиваются одинаково, — бормочет Кармела, складывая руки на животе.

— Многие, однако, вообще не должны были случиться, — заявляю я, отворачиваясь от неё и заката.

Это всего лишь история, думаю я. Это всего лишь остров, в конце концов. Какое, чёрт возьми, мне до всего этого дело? И всё же я не успокаиваюсь.

Я вхожу в дом, Кармела молча следует за мной. Дамиано ушёл больше трёх часов назад. Я не знаю, где он. Видела, как он сел в чёрную спортивную машину, потом взвизгнули по дорожке в саду шины, и авто исчезло за воротами. Я не спрашивала, куда он едет; ответа бы не последовало. С таким же успехом я могу в который раз притвориться, что мне всё равно, как делала во время того проклятого обеда с Донной Анжелой. Её я тоже ненавижу. Особенно Донну Анжелу. Ненавижу её взгляд, прикованный к Дамиано, её соблазнительный, чувственный голос и это проклятое красное платье, в котором она выглядела так великолепно... Интересно, с ней ли он сейчас. Ненавижу Вито с его неприятно вежливыми манерами, людей Дамиано, тайно наблюдающих за мной, и да, даже Кармелу, которая идёт за мной, словно у меня нет ушей, чтобы услышать. Она следует за мной, уверена.