Книга Пламя греха, страница 70 – Лаура Пеллегрини

Я сдерживаю крик. У меня чешутся руки, я едва подавляю желание схватить Людовику за шею и сделать с ней всё, что захочу.

— Возвращайся домой, — мрачно приказываю я.

— Забудь об этом!

— Кармине отвезёт тебя.

Она наступает на меня, помада размазана, гнев освещает её лицо и глаза. Такая реальная, такая похожая на ту девчонку, которую я когда-то знал.

— Иди на х*й! — шипит она в нескольких миллиметрах от моего рта, и снова возникает непреодолимое желание схватить её и утащить в закрытые комнаты наверху, чтобы привести в исполнение хотя бы половину наказаний, которые хочу ей назначить. Я сглатываю яд.

— У меня есть дела поважнее, чем стоять здесь и разговаривать с такой, как ты, — цежу сквозь зубы.

Я поворачиваюсь к ней спиной, вижу, как приближается Кармине, но Людовика оказывается быстрее. С криком она бросается мне на спину и бьёт, пока Кармине не стаскивает эту фурию, схватив за талию.

Людовика

Секунды. Минуты. Часы.

Словно лев в клетке, брожу босиком, оставаясь в мини-платье. Сегодня вечером на вилле «Никс» царит странная тишина, в отличие от моих мыслей, которые с каждой минутой становятся всё обременительнее.

Дамиано приказал увезти меня из ночного клуба, в очередной раз унизил и заставил передвигаться, будто я шлюха. Он, последний придурок, предатель из предателей.

Я останавливаюсь перед окном. Небо чёрное, но внутри я ещё мрачнее. Я — ходячая злость, горечь, месть, и чем больше проходит времени, тем сильнее становится желание повесить Дамиано на самой высокой балке в комнате.

Я беру телефон, проверяю время и, быстро посчитав, набираю на дисплее номер подруги, который знаю наизусть. Фиби отвечает на третьем гудке, но я даже не даю ей времени заговорить. Я, как полноводная река.

— Этот чёртов мудак! — кричу я без малейшей доли ясности. — Он вытащил меня из клуба, представляешь? Он! С этими двумя шлюхами! И он заставил меня ехать в одной с ними машине, будто я проститутка! Я убью его, Фиби. Клянусь, до завтрашнего утра он будет лежать каменным трупом в луже крови!

Я слышу, как моя подруга кашляет.

— Людо, это ты? С какого номера ты звонишь?

Ах да, я забыла…

— Очередная херня этого безумца! Но сейчас это не важно. Ты поняла, что я сказала? Какой мужчина позволит такой женщине, как я, ехать на заднем сиденье машины вместе с какими-то ничтожествами, а? — я отвечаю вопросом.

— Так твой старый номер?..

— Ради бога, Фиби! Разве сейчас время говорить о чёртовом номере телефона? Никто так со мной не обращался! Никогда!

— Да, но что ты сделала для...

— Господи! — кричу я. — А потом той ночью... Боже, той ночью! Тебе следовало быть там. Бля, будь ты тоже там, ты бы разозлилась!

— Хорошо, но что ты сделала, чтобы...

— Он оставил меня голой на кухонном столе! — кричу я. — Ты понимаешь?

— Голой?

— Да, голой! После того как насладился... от… — Комок подступает к горлу при одном только воспоминании о том, что было несколько ночей назад. Я подношу руку ко лбу и поджимаю губы. Фиби же хихикает, и я впадаю в ярость.

— Ты, случайно, не смеёшься над ситуацией? — мрачно спрашиваю я, и она кашляет.

— О нет... Просто мне странно слышать тебя в таком состоянии.

— В каком смысле?

Я вскакиваю на ноги и снова начинаю ходить.

— Как бы мне описать тебя... скажем так... возбуждённая?