Книга Шёпот, страница 109 – Анастасия Пименова

Очередной тихий стон вырывается из меня, когда пальцы Ника чуть сильнее сжимают меня.

Я теснее прижимаюсь к нему, прикусываю нижнюю губу и следом провожу по ней языком, играя с ним. Отстраняюсь и заглядываю в глаза парня.

— Мне не хватало этого, — тихо признаюсь я. — Не хватало тебя, Ник.

И вновь поцелуй, только более не торопливый, правда почти сразу он превращается в битву языков, приглушая наши стоны.

Когда Ник так и продолжает держать меня на весу, то мои руки блуждают по его телу, отодвигают край кофты.

Я хочу коснуться его. И делаю это, понимая, насколько огненная кожа.

Не хочу отстраняться.

Губы Ника перемещаются на шею, и он осторожно прикусывает её. Каждый нерв напрягается в теле от необходимости всего происходящего.

Я улыбаюсь, когда дыхание вовсе обрывается, и просто смотрю на него.

Ник возвращает меня на землю, но сразу не отпускает, целует в висок и произносит:

— Как бы мне не хотелось, но сюда может кто-нибудь зайти. А если они увидят тебя такой… боюсь, мне приходится сделать нечто плохое.

— Какой "такой"?

— Красивой и опасной.

Румянец заливает мои щеки, что несколько непривычно.

Я облизываю губы и отхожу на шаг, стараясь привести себя в чувство. Поправляю одежду, когда Ник делает тоже самое.

Мы проводим здесь ещё некоторое время, после чего всё-таки уходим, возвращаясь в центр, где я ем, вспоминая вкус пищи, а позже дополнительно у меня берут несколько анализов, чтобы убедиться, что всё нормально и последствий от газа никаких не осталось.

Следующим днем я просыпаюсь рано. Первую половину дня ничем конкретным не занимаюсь.

Уже вечером трачу время на то, что разминаю раненую ногу, когда ко мне заходит Ник уже в другой форме. Цвет тот же, но крой отличается от вчерашней.

— Я тебе тоже принес, — отзывается он, когда я высказала свое наблюдение.

В комнату занесли комплект чистой одежды, тоже черного цвета.

— Ткань похожа на ту, что была у тебя до этого, но более плотная и легкая одновременно. А ещё она защитит твою ногу и будет оказывать эффект обезболивания. Вряд ли это понадобиться, так как мы поедем на машинах, но так ты легче перенесешь дорогу, Шоу.

Я провожу пальцами по новой ткани, ощущая, насколько она приятная и благодарю.

— Сделаем всё быстро. Пока другие будут заняты связью, то найдем твоего отца.

— Хорошо.

Прежде, чем оставить меня одну, Ник сначала подходит, чтобы сказать:

— Я бы попросил тебя остаться, чтобы не рисковать. Тут было бы безопаснее, но знаю, что ты откажешься.

— Там мой отец.

— Понимаю. Поэтому и не предлагаю, Шоу. Просто держись рядом.

Я усмехаюсь, когда он это говорит.

— Ты не видел меня два года, Ник. За это время кое-что изменилось. Например, я научилась метать ножи, стала лучше драться и стрелять. Так что это ты держись рядом, — не могу удержаться, поэтому стучу его по плечу. — Не хочу хвастаться, но мои навыки весьма неплохи.

Он вместо ответа лишь предпочитает сдержанно улыбнуться.

Тишина на некоторое время между нами кажется странной, но в то же время утешительной.

Прежде, чем оставить меня одну, губы Ника находят мои.

Я могу и привыкнуть к этому.

Когда я только натягиваю на себя эту форму, то кажется, что она не налезет, но моё мнение быстро меняется, когда ткань растягивается, четко принимая мой силуэт.