Книга Падение, страница 79 – Анастасия Пименова

От его слов меня пробирает по спине холод.

Не от страха.

От понимания.

— Если Совет решит, что виноват Сойер и его люди, то, как ты и сказал, вступит в своеобразную войну, а рейдеры могут ответить и пока Авалон особенно уязвим, то это… плохо.

Очередное банальное слово, которое идеально описывает ситуацию.

Джеймс кивает, подтверждая мои последние слова.

Боль в ноге пульсирует, но сейчас она будто где-то далеко.

— Шоу… Сойер может быть кем угодно, но он не дурак. И он говорил тебе и мне одно и то же, что главная проблема людей — безумные.

Да, я помню и именно это тоже ранее говорила Джеймсу.

Мы вновь переглядываемся с ним, когда миссис Хеллман обращается к моему отцу:

— Ричард, что думаете вы?

Папа единственный, кто до этого молчал.

Он сидит, опершись локтями на колени, взгляд направлен в пол, а пальцы чуть подрагивают, как будто он перебирает в голове слишком много мыслей одновременно.

Наконец отец поднимает взгляд, правда, уставший, но очень ясный.

— Я согласен с вами, — отвечает, смотря прямо на миссис Хеллман.

Мистер Грей недовольно поджимает губы, мистер Морри делает резкий вдох, но молчит.

— Сойер… да, он рейдер. Да, у него своя мораль, которая не совпадает с нашей, — продолжает отец. — Я не знаком с ним лично, как вы, Рейна, но судя по тому, что узнал о нем не только по словам, но по другим поступкам, — они уже успели ранее пересекаться с рейдерами Сойера, когда папа только вступил в Совет, — то он не тратит ресурсы, если не понимает, что получит. Его стратегия всегда просчитана. А то, что произошло здесь, слишком хаотично, слишком бессмысленно. Если только… — папа отводит взгляд в сторону и о чем-то думает несколько секунд, — если только его что-то не вынудило так поступить.

Я ловлю себя на том, что выдыхаю и даже слегка улыбаюсь.

Потому что отец видит это так же ясно, как и Джеймс. Хотя родитель даже не в курсе того, что предлагал Сойер. Чего он в принципе добивается, что он хочет предложить сотрудничество на благо всех. Попытаться разработать вакцину.

Миссис Хеллман одобрительно кивает.

Морри и Грей, наоборот, выглядят так, будто им сейчас кислорода не хватает.

— Значит, — говорит Морри, — вы предлагаете… ничего не делать?

— Я предлагаю не обвинять того, кто, возможно, ни при чём, — отвечает папа спокойно. — Пока у нас нет доказательств. Пока мы не понимаем, кто именно устроил взрывы. Если мы поспешим… мы можем начать войну, которую не сможем закончить.

И мы вернемся к тому, чего добивался Левант. Ведь он хотел полностью истребить рейдеров, тех же обычных людей, кому не повезло оказаться за пределами безопасных мест.

Любое решение Совета принимается только единогласно.

Один голос вразнобой, и решение не проходит.

И сейчас я вижу картину слишком ясно.

Миссис Хеллман против обвинения Сойера. Папа тоже.

Морри и Грей их не поддерживают.

То есть… два на два.

Решение не будет принято.

Значит, пока никакой войны не будет… Но и никакой уверенности тоже.

На мгновение мои мысли… предательски уводят меня к Нику.

Я машинально сжимаю пальцы в кулак, а сама стараюсь не думать о нём. Вернее, пытаюсь заставить себя не думать.

Надеюсь, он в порядке.

Я отвергаю этот мыслительный шёпот сразу же, раздражённо моргнув.

Сама возвращаюсь к разговору Совета.

Они продолжают спорить между собой, когда я думаю уже о другом.