Книга Падение, страница 12 – Анастасия Пименова

Он наконец делает шаг назад, но не сводит взгляда с Акселя.

— Ты перешёл черту, Аксель. Снова.

Другой только усмехается, чуть наклоняя голову:

— Я просто назвал вещи своими именами, Джеймс. Не моя вина, если кто-то не любит правду.

В лифте раздается звуковой сигнал, и створки дверей открываются, словно сама система решила вмешаться в этот накал.

Первым выходит Джеймс, не произнося больше ни слова. Его шаги звучат глухо, ровно, но в них чувствуется напряжение.

Аксель задерживается на секунду у дверей, и когда его взгляд встречается с моим, то я замечаю не только издевку, но и что-то, что он пытается спрятать, как всегда.

— Спокойной ночи, Брайс, — произносит Аксель почти без усмешки, но уголок его губ всё же дёргается, и он выходит следом за Джеймсом.

Двери закрываются, и я остаюсь одна.

Выдыхаю.

Аксель снова сделал это.

Вывел из себя. И не только меня.

Заставил вспоминать то, о чём я стараюсь не думать.

О том, что когда-то, ещё до всего этого ада, кто-то действительно что-то чувствовал. Но это уже давно в прошлом.

Сейчас я с Ником. И на этом точка.

Переворачиваю очередную страницу в книге, которую читаю и даже не сразу понимаю, что возвращается Ник.

На часах почти двенадцать. Раньше обычного.

Он подходит ко мне, когда я подавляю зевок, и целует в губы.

Секунда, две…

Слегка приподнимаюсь и задерживаю дыхание, а он отстраняется.

— Я думал, что ты уже спишь.

— Решила дождаться тебя.

Он отходит в сторону и начинает переодеваться, а я кидаю взгляд на его тело, словно впервые вижу, как он это делает. Всё ещё непривычно.

Последние несколько дней я засыпала без него и просыпалась тоже, так как у него оказался очень плотный график.

В груди стало образовываться чувство… Какое? Наверное, я начала скучать. Как глупо, знаю, но ничего не могла с собой поделать, поэтому да, сегодня решила его дождаться.

Если бы я была хоть чем-то занята, то, возможно, это так бы на мне не отражалось.

Ник скрывается за дверью ванной, и через мгновение я слышу звук воды. Шум приглушённый, размеренный, тот, под который можно задремать, если бы я не ловила себя на том, что просто жду, когда он выйдет.

Минуты тянутся слишком медленно, и наконец щёлкает замок.

Он появляется в проёме с обернутым полотенцем вокруг бёдер. С влажных, чуть растрёпанных светлых волос по шее и груди скатываются тонкие капли, исчезая где-то между рельефных линий мускулов. На свету при таком освещении кожа кажется чуть темнее, чем обычно.

Я помню его совсем другим. Когда он был ростом с меня, когда мышц почти не было и когда он казался слишком худым. Сейчас же… всё это изменилось.

Когда он в прошлый раз вернулся в школу, то я уже тогда видела, как другие девчонки смотрели на него. Даже та же Николь. Тожепо-другому.

Я стараюсь не смотреть слишком явно, но, наверное, всё-таки выдаю себя, потому что Ник чуть приподнимает уголок губ:

— Что? — его голос низкий, такой, что на коже вновь появляются мурашки. — Я выгляжу настолько ужасно после дня с Советом?

— Хуже некуда, — отвечаю я сухо, пряча улыбку за страницей книги. — Смотри, весь мокрый. Кто-то должен пожалеть тебя.

Ник криво улыбается, проходит мимо, открывает шкаф и вытаскивает из него лёгкие домашние брюки, которые и надевает.

Я краем глаза наблюдаю, как он садится на край кровати, проводит рукой по лицу, потом устало выдыхает.