Книга Падение, страница 102 – Анастасия Пименова

Я дёргаюсь, будто меня обожгло, но не смотрю, даже не поворачиваю голову. Просто ощущаю это тепло сквозь холод собственных пальцев.

Вырываю руку, нет, не резко, просто… бессильно вывожу её из-под его пальцев. И подаюсь вперёд, утыкаясь лбом в спинку сиденья. Холодная ткань впитывает мои глубокие, рваные вдохи, и я закрываю глаза, потому что видеть этот мир сейчас невыносимо.

Мой разум пытается что-то сложить в слова, но они рассыпаются. Мысли рушатся фрагментами, как стекло.

Я не понимаю.

Ничего не понимаю.

Как это случилось? Почему? Что произошло в ту секунду, когда отец заговорил в рацию…

В груди что-то хрустит, будто ломается, правда звук так и остаётся только внутри меня. Наружу не выходит уже ничего, в том числе ни крик, ни слёзы.

Только пустота. И холод, от которого уже нельзя укрыться ни курткой, ни руками других людей.

Я не знаю, как мы добираемся до Сайфера. Но добираемся.

Я не знаю, как меня вытаскивают из машины и кто, как несут куда-то.

Я не знаю, как мне помогают раздеться и как через несколько минут уже заносят и опускают в ванную. В горячую воду, что едва приводит в чувство. Она обжигает, как и то пламя.

Я ничего из этого не знаю. Но знаю, что… да, мой отец погиб. Вернее, нет…Его убили.

Подтягиваю к себе колени и обнимаю саму себя таким образом, а мой взгляд касается воды, от которой исходит пар.

Кто-то осторожно касается моих плеч. И только когда пальцы также осторожно отводят в сторону влажные волосы от моего лица, я понимаю по движению, по дыханию рядом, что это Ник.

Он не говорит ни слова. Только опускается на колени рядом с ванной, так близко, что я чувствую его очередной близкий выдох.

Его руки медленно, почти механически, проходят по моим волосам. Он смывает снег, сажу и грязь.

Единственный звук здесь — шум воды.

Я не поднимаю на него взгляд.

Я почти не дышу.

Когда ладонь Ника осторожно касается моей руки, просто чтобы смыть с неё копоть и кровь, которую до этого даже не замечала, я не чувствую ничего. Ни его тепла, ни того, как он придерживает моё предплечье, чтобы не задеть об край ванны.

Только вижу, как по поверхности воды проходят круги, это я дрожу, хотя даже не ощущаю этого.

Перед глазами снова вспыхивает огонь. Тот самый, что поглотил машину. А ещё последний взгляд, когда папа оглянулся, когда хотел удостовериться, что я в безопасности. Всего доля секунды, но… Эта секунда теперь разрывает меня изнутри, как и всё, что последовало.

Горячая вода обволакивает кожу, но даже она не достаёт туда, где сейчас зияет пустота.

Когда ладонь Ника уже проводит по моей спине, то я прикусываю губу, потому что кажется, что если я позволю себе вдохнуть чуть глубже, то закричу так, что стены треснут.

Я не понимаю, как мир может продолжать существовать, когда моего отца больше в нем нет.

Если бы я только…

Если бы папа…

Если бы мы…

Ни одна из мыслей не складывается во что-то цельное.

* * *

Когда я смотрю в окно, то вижу только снег, как слишком медленно падают снежинки, ведь метель закончилась.

Сутки. Проходят уже сутки с того момента, как меня привезли в Сайфер.

Я всё это время просто… существую.

Я не сплю. Не ем. Не пью. Я даже не помню, как села сюда, к окну, но сижу до сих пор и будто прирастаю к стеклу тем местом в груди, где раньше что-то было.