Книга Призрак, страница 37 – Анастасия Пименова

Машина прыгает на ямах, я объезжаю брошенные автомобили, иногда слишком резко, иногда почти вслепую. Фары выхватывают фрагменты, куски, обрывки реальности, которые не складываются в одну картину.

Военный грузовик стоит поперёк дороги. Двери распахнуты. Внутри видна кровь. Не брызги, не пятна. Потоки. Она стекает по ступеньке, капает на асфальт, блестит в свете фар. Чуть дальше бронемашина, двигатель ещё работает, но никого рядом из людей нет. Только безумные существа. У меня язык не поворачивается назвать их людьми.

Я вижу их лица слишком близко.

Некоторые с разорванными губами, будто они сами сгрызли себе рот. У кого-то обнажены зубы, и они не просто скалятся, челюсти работают, дёргаются, продолжая жевать, даже когда рядом уже нет добычи. Глаза красные, налитые, но не как от слёз или усталости. Это не человеческий взгляд. Он не фокусируется. Он ищет.

И они именно слышат нас.

Несколько фигур поворачивают головы одновременно, слишком синхронно, будто кто-то дал команду. Я резко сворачиваю, задеваю бордюр, искры летят из-под днища, но машина едет.

— Господи… — Стив зажмуривается и начинает быстро, сбивчиво бормотать молитву. Слова сливаются на фоне, мужчина крестится снова и снова, пальцы дрожат так, что он промахивается по лбу. — Господи, прости нас… защити… пожалуйста… Помилуй…

У одного из безумных на руках нет кожи. Куда она делась…? Только мясо и белёсые сухожилия, но он всё равно цепляется за капот другой машины, будто боли не существует.

Страшит ещё и то, что я почти не слышу выстрелов, в том городе они были далеко не в одном месте.

Грудь сжимает так, что становится трудно дышать.

Это не один город. И даже не два… Кажется, чем дальше я уезжаю от дома, где остался Райан, тем ситуация усугубляется. Значит ли это, что с Броквиллом случилось ещё что-то более страшное?

От собственной догадки становится тошно, в буквальном смысле меня начинает мутить, поэтому стараюсь сфокусироваться на том, что действительно важно. На дороге и безопасном пути отсюда, с помощью которого мы сможем спокойно покинуть данный город.

Сворачивают несколько раз, когда глаза продолжают беспокойно находить всё больше страшных деталей.

Это не просто хаос, а настоящий апокалипсис. Не вовремя вспоминается шутка брата, которую он сказал Райану. Интересно, Аксель подумал об этом тоже? Думаю, что да.

Чертова кровь она везде. На асфальте, на зданиях, на мертвых телах людей или безумных, на автомобилях. Везде.

Они бегут за нами.

Все, кто видит или слышит. Или… просто слышит? Не уверена, что эти существа могут видеть. С кровавыми глазами? Кто-то вываливается из самих зданий, кто-то перелезает через капоты брошенных машин, кто-то падает и тут же поднимается, будто боль это просто неудобство. Они кидаются наперерез, угадывая траекторию, и мне приходится выкручивать руль резче, чем когда-либо прежде. Машина взвизгивает, шины скользят по крови и грязи, но держатся.

— Не останавливайся… — бормочет Стив, как заклинание. — Не останавливайся… пожалуйста… не останавливайся…

Он сидит, сгорбившись, вжав голову в плечи, пальцы вцепились в ремень безопасности, костяшки побелели. Глаза зажмурены так крепко, будто он надеется, что если не смотреть, всё исчезнет. Молитва срывается, обрывается, снова начинается вперемешку со всхлипами и хриплым дыханием.