Онлайн книга «Убийство. Дубль первый»
|
Такое практиковалось: многие больные сдавали на время операции кулоны, броши, золотые цепочки. Владлена Антиповна накануне видела плохой сон, будто ее обокрали. Вот и решила взять фамильные драгоценности с собой, соседке вручила ключ, велела поливать цветы и кормить кошку. Никто не думал, что все закончится трагически и Шугалей умрет… В тот же вечер Зоя Павловна рассказала о случившемся мужу. Неделю шкатулка хранилась в сейфе, Хмельницкая ждала, что за ней пожалуют родственники, но родственники все не шли. Она добросовестно ждала. В отделение приходил милиционер, комиссия из Горздрава проверяла документацию, оперировавший Шугалей хирург ходил белый как полотно. Историю болезни изъяли на проверку, но вскоре вернули, так как все было заполнено грамотно. Вскоре дело затихло. Шкатулкой никто не интересовался. До Хмельницких дошло, что Шугалей про драгоценности никого не поставила в известность. Она не планировала умирать! Когда шкатулку принесли домой, когда открыли, с Зоей Павловной случилась истерика. Когда Хмельницкая узнала, что родственников у Шугалей нет, и рассказала об этом мужу Олегу, у того зародилась мысль подставить друга детства Валерку Жакова по прозвищу Жакан. У них не было секретов друг от друга. Олег прекрасно знал, чем промышляет Жакан, жутко ему завидовал, пару раз хотел даже донести куда следует, но в последний момент передумывал, поскольку от удачных краж Олегу тоже кое-что перепадало. Как другу. Мысль подкинуть на место преступления книжку Майн Рида появилась у Хмельницкого после того, как жена заикнулась, что точь-в-точь такая же лежала на больничной тумбочке Шугалей. Дело оставалось за малым: раздобыть экземпляр с пальчиками Жакана. Папиллярные рисунки вора-домушника наверняка были в базе МВД, ведь Валерка уже сиживал за колючей проволокой. И не раз. Тут Хмельницким подфартило как никогда: подписное издание Майн Рида Жакан получил на почте аккурат перед посещением бани. Олег был к тому времени во всеоружии: экземпляр с пальчиками Жакана, пока хозяин «оттягивался с веничком по полной» в парилке, благополучно перекочевал в полиэтиленовый пакет, а точь-в-точь такой же оказался в сумке дожидаться, пока Жакан напарится. Специально для этого дела Олег научился владеть отмычкой. Операция по подкидыванию улики прошла успешно. Дверь Хмельницкий оставил открытой, вроде не наследил… Казалось бы, круг замкнулся, бояться нечего. Олег строго-настрого запретил супруге что-либо надевать из сворованного, ценность которого Хмельницкие не представляли даже приблизительно. Такие деньги им не снились. Олег был уверен, что найдет канал для продажи, надо только подождать год-два. Но… тут Зое Павловне предложили путевку в санаторий. Спустя несколько месяцев! То, что супруга возьмет с собой ворованное ожерелье с изумрудами, Олег узнал тогда, когда однажды вечером после дискотеки застал в номере свою жену бледной и трясущейся. — Меня, кажется, кто-то увидел, — прошептала она чуть слышно и заревела белугой. — Голой, что ли? — наивно предположил супруг, капая валокордин в стакан с минералкой. — Тоже мне, проблема. Вуайеризм у мужиков — это норма. Бояться нечего. — Если бы, — сквозь слезы навзрыд сообщила супруга. — Тогда я вообще ничего не понимаю… — В этом! Дебил! — Зоя Павловна выдернула ящик у тумбочки, не рассчитав усилие, и ожерелье с изумрудами выпало на паркет. |