Книга Убийство. Дубль первый, страница 89 – Валерий Шарапов

— У вас должен вестись учет подобных случаев, — невозмутимо давил следователь. — Разве нет? Или я что-то не понимаю?

Он не уловил момента, когда с Альфией Тагировной произошла странная метаморфоза. Из запуганной лани она вдруг превратилась в хищную тигрицу. Поднявшись из-за стола, женщина уверенно произнесла:

— Был случай полгода назад… Пройдемте в архив.

Архив представлял собой небольшую комнату со стеллажами, где истории болезни были разложены по годам и месяцам.

Альфия Тагировна со знанием дела довольно быстро нашла то, что искала. Выудив из толстой папки нужную историю болезни, она подошла к следователю:

— Вот, Шугалей Владлена Антиповна, тридцать шесть лет, случай был накануне женского праздника, как сейчас помню, пятого марта.

— Что случилось, своими словами можете обрисовать? — поинтересовался Варчук, перелистывая историю болезни. — Я все равно этот почерк не разберу никак. Это ж настоящая абракадабра!

— Женщина поступила по скорой, приступ острого аппендицита. Что там во время операции случилось, я не знаю. Я на посту работала. Говорят, сосуд повредили, открылось мощное кровотечение, шок… В общем, женщину потеряли, не спасли. Других случаев не припоминаю.

Следователь записал все данные с лицевой стороны истории болезни к себе в блокнот.

— Спасибо, Альфия Тагировна! Что-то еще интересного расскажете об этом случае?

Медсестра подошла к дверям, прислушалась, даже выглянула в коридор, потом вернулась к следователю.

— Но это уже слухи, хотя вы же милиция, вы можете проверить.

— Так что за слухи? — насторожился Варчук.

— Якобы, пока женщина была в больнице, ее квартиру обнесли, в смысле обокрали. Но по этому поводу вам лучше к участковому обратиться.

— Обращусь непременно, — кивнул следователь.

Чай? Кофе? Потанцуем?

Про кражу со взломом, что случилась полгода назад, Варчук слышал. Помнил, что занимался этим делом Черниговский райотдел, в котором старшим опером работал его бывший одноклассник Саня Горбатых.

К нему Михаил и направился.

— Какие люди, Михась, и без охраны! — встретил его пополневший одноклассник, едва не задушив в своих объятиях.

— Ну ты, Санек, закабанел! — легонько ткнул его кулаком в брюхо Варчук. — Ты ж в уголовке, там все должны поджарыми быть. Поскольку волка ноги кормят.

— Не знаю, — хлопнул себя по выпирающему животу Горбатых. — Что-то прет и прет. Чай? Кофе? Потанцуем?

— Какие, к лешему, танцы! — фыркнул Михаил и сразу же обозначил цель визита: — Помнишь, полгода назад по вашему району промышляла банда… Жакана, кажется. Кражи со взломом, грабежи…

— Как не помнить! — Горбатых закатил глаза к потолку, сложив руки лодочкой. — И рад бы забыть, да… Слава богу, укатали сивку крутые горки. Ускользали всякий раз из-под самого носа. А мы их аккурат на гоп-стопе и взяли. А что ты вдруг вспомнил?

— Говорят, они обнесли фатеру одинокой бухгалтерши Рыбнадзора… сейчас… — Варчук открыл блокнот и прочитал: — Шугалей Владлены Антиповны.

— Помню я эту слезливую историю. — Горбатых достал из кармана пачку «Опала», спички, закурил. — Мутная какая-то… Очень мутная. Непоняток — пруд пруди, если честно… Она в больнице померла, а квартиру, значит, вскрыли и обворовали. Заходи не хочу… Помню…

— Мутный бывает токмо самогон-первач, — съязвил Варчук, щелкнув себя пальцем по горлу. — А у вас должно быть все прозрачно, аки слеза младенца.