Онлайн книга «Убийство. Дубль первый»
|
— Ладно, валяй, следачок, — скрипнув зубами, Рыбалко хотел сплюнуть, но, видимо, во рту пересохло, и плевок не получился. — Банкуй, твоя взяла! Варчук нажал на кнопку диктофона. — Итак, сегодня третье сентября тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года, мною, следователем Следственного комитета РСФСР Закаремского ГорУВД, будет допрошен Рыбалко Игорь Харитонович пятьдесят девятого года рождения… — Хватит уже, следачок, давай по делу! — Первый вопрос, — без каких-либо эмоций произнес Варчук. — Что вы делали вечером тридцатого августа, начиная с девятнадцати ноль-ноль? — Да пошел ты… У меня особого выбора тогда не было, Златоуст засек, как я что-то капал в компот этой сучке, как потом выливал компот в землю. И откуда он взялся! Вроде ведь не было! Не дурак, все понял, сообразил. — Кстати, откуда взяли яд? — Какой яд? — удивленно вскинул глаза Рыбалко. — Я никого не отравлял. Так и запиши в протоколе. — Ладно. Что было потом? — А что потом? Он накоротке о чем-то переговорил со своей бабенкой из съемочной группы, чуть не схлопотал от нее по роже, побежал к себе на третий этаж зачем-то… Потом на улицу и потом, гляжу, сел в машину к этому еврею. И они погнали… Медлить было нельзя. Что мне было делать? Я кое-как успел наперерез. — Где вы к ним подсели? — Подсели, гм, — Рыбалко снова попытался улыбнуться. — Это очень мягко сказано, у еврея отличная реакция, так ему и передайте, правда, он не помнит… Иначе меня бы не собрать было, а так только джинсы мне чуть порвал. Я потом сказал Верунчику, что за сук в лесу зацепился. Зашила. — Златоуст, говорите, не дурак, — с иронией заметил Варчук. — Он ведь сразу понял, зачем вы под «жигуль» кинулись. Небось, рванулся прочь из машины. — Я его на испуге взял, выскочил из кустов, как черт из табакерки, он не успел ничего сообразить, да и Гейман тоже. У парня слегка заторможенная реакция, а будь чуть порасторопней, сиганул бы, гоняйся потом за ним. Когда я его выключил… — Кстати, о выключении, — перебил следователь. — Вы Геймана, Кияшко, Хмельницкого… Да и Златоуста выключили профессионально. Где эти точки узнали? Рыбалко снова попытался улыбнуться, потом мотнул головой и поморщился: — В армии в десантуре служил. Старшина у нас взводом командовал, когда-то в Тибете бывал… За него мы — в огонь и воду… В общем, батяня настоящий. За несколько дней до дембеля показал кое-что… Сынки, говорит, я не хочу, чтоб вас кто-то в жизни застал врасплох. Несколько точек показал… на выключение. Чтобы, значит, голыми руками. Я на автомате Златоуста и вырубил. Потом и еврейчика этого пришлось. — Еврейчика-то зачем? — буркнул Варчук, и тотчас пожалел. — Ну и вопросы задаешь, следачок! — огрызнулся Рыбалко. — Как первый раз замужем, ей-богу! Я что, при нем должен был вешать? А так… сейчас ходит и ничегошеньки не помнит, я проверял. — Ну кое-что он вспомнил. Надо бы ему память-то вернуть. — Перебьется! Спасибо ему, конечно, за гирьку и за веревку, — цокнул языком Рыбалко, подняв запястья. — Но у меня сейчас руки-то заняты. И покалечены, кстати. Машина его… помятая слегка… неподалеку от заправки, километрах в десяти от санатория… — Да нашли мы его машину, — раздраженно заметил следователь. — Вместе с гирькой и вашими отпечатками рук. Вы не отвлекайтесь. Дальше что было? |