Книга Как повзрослеть, не умерев, страница 81 – Джиён Кан

В очереди за напитками Джэи открыла соцсеть. Она не была уверена, что сможет найти аккаунт умершего десять лет назад человека, но попробовала поискать по тегам «Ко Сонгюн» и «средняя школа Санён». И совершенно неожиданно обнаружила аккаунт, который принадлежал учителю Чан Бому из старшей школы Сухёк.

Тот написал шесть постов, призывающих провести повторное расследование странной смерти учителя Ко Сонгюна из средней школы Санён. Если кратко, Бому писал о том, что в результатах вскрытия упомянуто небольшое количество метомила. Полиция собрала и исследовала еду из школьной столовой, остатки еды в доме погибшего, кимбап, который продавали перед школой, и другие образцы, но не смогла ничего обнаружить. Бому настаивал, что подозрение должно было пасть на продавщицу кимбапа, и призывал к повторному расследованию. Причина была проста. У продавщицы кимбапа оказалась другая основная работа – сиделка в доме ухода за пожилыми людьми. Какой смысл начальнице трех сиделок выходить на рассвете, устанавливать палатку и продавать кимбап?

— Я ненадолго схожу в салон красоты к маме.

Джэи тут же вышла из учебного кафе. Ей нужно было встретиться с Соён. Если за этим стояла она, это объяснило бы, почему в этой жизни они не встретились, кроме одного раза в восемь лет. Неудивительно, что она тогда пожурила Джэи за самобичевание. Девочка поймала такси и поехала к кольцевой развязке.

— Лучше бы перешла дорогу и села с другой стороны, тц, – проворчал водитель, делая разворот.

— Фу, изо рта воняет!

От резкого замечания Джэи его глаза недобро вспыхнули. Она выбрала идеальную контратаку против придирок противного старого пердуна.

— Как красиво ты выражаешься. Если ты так скажешь своему свекру, он от злости стол перевернет.

— Вы о себе говорите? Боюсь, на старости лет вместо внуков придется вам нянчить игрушки. – Джэи теперь не проигрывала и за словом в карман не лезла.

Когда собеседник общался с ней по-доброму, она тоже проявляла вежливость. Но в противном случае просто платила той же монетой. Она научилась этому благодаря Соён. Джэи оплатила проезд на такси транспортной картой, вышла на развязке и подошла к центру ухода за пожилыми людьми, принадлежавшему Чон Соён. Внутри горели длинные люминесцентные лампы. Джэи схватилась за дверную ручку и потянула, но дверь оказалась заперта. Постучав в нее, девочка заглянула внутрь. В переговорной кто-то суетился.

— Соён, открой дверь. Это я, Сон Джэи. Мне нужно кое-что узнать! Соён!

Дверь переговорной открылась, и оттуда вышла слегка сгорбленная женщина. Она подняла засов и открыла дверь.

— Кто вы?

Женщине оказалось на вид лет пятьдесят.

— Я пришла к Чон Соён. Она внутри, да?

Не дождавшись ответа, Джэи вошла в центр. Перед ее глазами предстали офисное помещение с тремя столами, между которыми стояли перегородки, переговорная комната, из которой пахло едой, и склад, заполненный инвалидными колясками и ходунками. Из переговорной выглянула, а затем и вышла женщина с тумблером в руке.

— Здесь уже давно сменился владелец. Директора Чон больше здесь нет.

Женщина добродушным тоном рассказала длинную историю о том, что прежней осталась только вывеска, а хозяин этого места уже давно сменился.

— Похоже, это ребенок, о котором говорила директор. Ну она же была чьей-то наставницей. Говорила, что у того ребенка проблемы с памятью.