Книга Как повзрослеть, не умерев, страница 67 – Джиён Кан

— Высоковат. Поэтому мне прописали метформин. Давайте постараемся жить без серьезных забот. Не надо морить себя голодом, когда есть столько хороших лекарств. Еда доставляет огромное удовольствие. Когда я выйду на пенсию, заведу блог о еде. Вы ведь будете ходить со мной во всякие вкусные места?

Бому поднес ананасовый танхуру ко рту Соён. Она с благодарностью приняла доброту мужчины, которого раньше уважала, а теперь любила, и сделала укус. Ананас с хрустом рассыпался между зубов, и его ароматный сладкий сок защекотал язык. Соён посмотрела на Бому, думая, что сейчас вполне неплохой момент для поцелуя.

— За железнодорожными путями пролегает тропинка, по обе стороны которой посажены розовые кусты. Думаю, в это время там безлюдно, – Бому словно прочитал мысли Соён.

Они торопливо направились к железнодорожным путям. А затем появились признаки конца света. Соён выплюнула клубнику, которая была у нее во рту. Она ощутила, что кто-то душит ее с огромной силой и давит ей на грудь. Когда Соён внезапно скрючилась, Бому обнял ее сзади, чтобы вызвать рвоту. Она хотела сказать, что дело не в этом, но голос так и не зазвучал. Внутри упавшей сумки один за другим раздавались сигналы уведомления мобильного телефона. Сообщения были от Джэи.

Ко Сонгюн давит на меня.

Сохрани все это.

Он может отнять мой телефон.

Уже запер дверь машинры^[35]

Лицо Соён стало красным, как помидор. А затем мир вокруг испарился в одно мгновение.

После перезагрузки Соён с громким звуком стиснула свои и без того затупившиеся коренные зубы. Она знала, кто такой Ко Сонгюн. Ей было любопытно, кто станет первым классным руководителем Джэи в средней школе, поэтому она зашла к ним на домашнюю страницу. Выходит, на этот раз конец света спас настоящего отброса, который оказывал давление на своих учеников, а одну даже убил. Соён решила, что в этой жизни устроит ему настоящий ад.

Соён помнила, что Сонгюну было слегка за сорок и он работал учителем рисования. Поскольку она вернулась в прошлое на четырнадцать лет, ему должно быть чуть меньше тридцати. Искусство также имело множество категорий, среди которых живопись, скульптура, ремесло и дизайн. Но это не было проблемой. Большинство однокурсников Соён в магистратуре раньше учились на факультетах, связанных с искусством. Они съехались сюда со всех уголков страны, и наверняка кто-то из них знал Сонгюна.

Когда Соён умылась и вернулась в комнату, зазвонил ее мобильный. Это оказался ассистент преподавателя из магистратуры. Соён тут же вспомнила, что зарегистрировалась на курс западной живописи. После каждой перезагрузки она игнорировала этот звонок, но на этот раз решила ответить.

— Я звоню с вашего факультета. Хочу сообщить вам, что скоро будет корректировка оценок, – сразу перешел к делу ассистент профессора, у которого, похоже, был заложен нос.

— А вы, случайно, не знаете Ко Сонгюна? Думаю, сейчас ему двадцать шесть или двадцать семь.

Внезапный вопрос Соён сбил ассистента с толку.

— Вы, случайно, не мать Чон Соён? – спросил он, потому что голос Соён сильно отличался от того, которым она разговаривала с ним вчера.

— Нет, я простудила горло. Лучше подумайте об имени Ко Сонгюн.

— Среди наших магистрантов?

— Возможно, вы встречались, когда учились в бакалавриате. Вы же с факультета искусств.