Книга Дрессировка чужих мышей, страница 33 – Дарья Донцова

— Зиночка сошла с ума, – ответила я.

— В наши дни все лечат, – поспешил успокоить меня Филипп, – надо вызвать врача, купить таблетки и…

— Она беседует с птеродактилем, – перебила я Краснова.

— С кем? – хором осведомились Иван Никифорович и Димон.

Именно в этот момент в столовую вышла героиня моего рассказа.

— Простите, простите, простите, – всхлипывала она, – хотела вас порадовать! Отварила! В дуршлаг бросила! Отвернулась…

Зиночка схватилась ладонями за щеки.

— На десять секунд оставила еду без внимания, и… Птеродактиль все сожрал!

Домработница зарыдала, я бросилась к ней, обняла и забормотала:

— Зинулечка, это ерунда!

— Мы не любим равиоли, – решил утешить женщину Иван Никифорович, – очень хорошо, что птеродактиль их слопал.

Димон взял мой телефон, начал быстро стучать пальцем по экрану. Я поняла, что Коробков вызывает «скорую помощь» из нашего медцентра. Пару раз Танюше приходилось иметь дело с неадекватными людьми, и я теперь знаю, бесполезно спорить с тем, у кого ум за разум заехал. Взывать к логике тоже не следует. Больной видит мир по-своему, переубедить его невозможно, а возражать опасно. Человек в измененном сознании готов на любые поступки. Сообщила Зина, что в кухне появился птеродактиль? Прекрасно! Мы птичке рады!

— Интересно, как он передвигается? – развил тему Иван Никифорович.

— Лапами шагает, – предположила Зинаида.

— Не летает? – включился в беседу Филипп.

— У него есть крылышки? – попятилась Зина.

Я выдохнула. Спасибо мужу и Краснову, они сейчас старательно развлекают безумную бедняжку. Главное, дождаться врачей.

— Красивый, наверное, – примкнул к разговору Коробков.

— Ну… необычный, – высказала свое мнение помощница, – подобного не встречала на улицах.

— Соглашусь с вами, – закивал Иван Никифорович, – данное животное не каждый день на пути попадается.

В том же духе разговор продолжался некоторое время, потом я ласково произнесла:

— Зиночка, вы устали, много хлопотали, может, вам прилечь в своей спальне ненадолго отдохнуть?

— Рабочий день еще не закончился, – возразила женщина.

И тут к моей великой радости раздался звонок в дверь. Димон вскочил, и через пару минут в столовую вошел мужчина лет пятидесяти, его лицо украшали очки и борода.

— Добрый вечер, ребята, – бодро сказал он, – сто лет не виделись! Ехал мимо, решил на чаек заглянуть! Как дела?

— Садись скорей к столу, – подхватила я игру, – прости, с напитком проблема!

— Да ну? Какая? – заинтересовался психиатр.

— На кухне поселился птеродактиль, – отрапортовала я, – из нас никто его не видел. Он нашу Зиночку напугал.

— Нет, – вдруг возразила помощница по хозяйству, – я не затряслась, увидев нахала. Разозлилась!

— Чем же он ваш гнев вызвал? – заинтересовался врач.

— Все сели за стол, – принялась рассказывать Зина, – я отварила равиоли! Отбросила в дуршлаг, отошла взять большую, глубокую фарфоровую салатницу, чтобы их выложить! А перодактиль вмиг все сожрал!

— Вот гаденыш! – с возмущением воскликнул врач, – слопал посуду! Отвратительное поведение.

— Миска цела осталась, – прошептала Зина, – еду он в живот спрятал.

— Ужасно, – закивал психиатр. – Хоть извинился?

Наша помощница тихо хихикнула и положила на тарелку доктора кусок кулебяки и уточнила:

— Так он по-человечески болтать неспособен!