Книга Ремонт, магия и прочие неприятности, страница 14 – Надежда Цыбанова

Бытовая магия далеко не так безобидна, как о ней думают. Она способна заставить вещи делать определенный алгоритм. Чисто механически. Никакого анализа ситуации. В общем, попасться на пути чистящей пол щетки просто опасно. Она же и тебя за грязь посчитает.

Был случай во время учебы. Один студент, чтобы не утруждаться отработкой штрафа, заговорил веник, которым должен быть подмести территорию, и спокойно завалился себе под куст, наслаждаясь погожим деньком. На пути безжалостного трудяги во имя чистоты попался кот. На вопль пострадавшего сбежался весь преподавательский состав. Не без потерь отбив животное у веника, все полюбовались плещами в некогда густой шерстке местного обжоры.

Поэтому, пока щетки трудятся над полом и стенами, лучше побыть на свежем воздухе.

Я вышла на крыльцо, опустилась на теплые доски, и поставила рядом тарелку с булочками и бутыль фруктового чая. Вечер был настолько тихим, что слышно, как шелестят листья вишен за забором. Покоем здесь пропитано абсолютно все: и мягкий свет заката, и запах спелых ягод, и аромат купленных мной булочек. Они оказались такими воздушными, что таяли во рту, а фруктовый чай обволакивал теплом, как старое одеяло в холодный вечер. А еще он пах смородиной и чуть-чуть детством.

Неожиданно кольнула мысль: счастье – это не что‑то грандиозное. Это булочка, чай, шепот вишен и вечер, который никуда не торопится. Я уже и успела забыть все эти ощущения. Суета столицы убивает в людях романтику неторопливости, подчиняя себе и своему ритму.

В такие моменты философские мысли о смысле жизни и твоем месте в этой бесконечной кутерьме сами возникают в голове. И как я докатилась до такой ситуации?

Во-первых, родилась девочкой, а отец хотел наследника. Нет, он меня от этого не то, чтобы не любил, просто времени уделял меньше, искренне полагая, будто никакую пользу в моем воспитании не принесет. Во-вторых, я – бытовой маг. Когда проявились мои способности, вместе с поседевшим поваром, у которого посуда начала танцевать, а банка с вареньем попыталась сбежать из кухни, отец окончательно поставил крест на дочери.

Второго ребенка завести все никак не получалось, и родитель уже решил присмотреть мне жениха из артефакторов, чтобы передать ему свои знания, однако случилось чудо. Мне было пятнадцать, когда родился брат. Нет, атмосфера в доме не поменялась, отец не стал все время носиться с долгожданным наследником, но идею с моим браком отложил до выяснения способностей ребенка.

Двадцатилетней девушке в крошечном городке, где из развлечений только рыночный день раз в две недели, становится тесно. Хочется походов в театр, в чайную, на свидания. И я решила поступать в столичную академию. Родители воспротивились. Отец вообще не считал нужным обучение бытовой магии, а мама переживала, что я вернусь к ним под крылышко с довеском.

Отстоять право любоваться блеском столицы мне удалось далеко не за один день. Зато в итоге на меня махнули рукой. Только стоило мне это согласие… отказа от рода Беттанкур. Отец принес новые документы, и я стала Софи-Элиза Мартен. Мол, никто из Беттанкуров не замарает свою фамилию в списках студентов факультета бытовой магии. Ну а потом я в его планах все равно выходила замуж и меняла фамилию. Поэтому диплом никто не сможет признать недействительным. Прелесть двойного имени в том, что можно всем представляться Софи, когда я на самом деле Элиза.