Книга Тёмное сердце Белого озера. Книга 1, страница 100 – Мария Камардина

— Он нарочно меня сюда отправил – набраться манер, посмотреть, как ведут себя приличные люди, чем интересуются. – Гэлхан изогнул бровь, и парень с довольной усмешкой признался: – Я три месяца тайком от него подрабатывал младшим медбратом в городской больнице. Не ради денег, просто я на хирурга учусь, нужна хотя бы минимальная практика. Но работа там… Сами, наверное, представляете.

— Представляю, – кивнул Гэлхан. – Тяжёлая и порою неблагодарная.

Алих дёрнул плечом, глянул на следующую пятёрку снегоуборщиков, готовящихся к старту, и тоже кивнул.

— И пациенты не из Старого круга, обычные люди. Деда больше всего именно это зацепило – что пошёл, как он выразился, к простонародью. Он бы мог меня в любую частную клинику устроить. Но по его протекции никто б меня не пустил пациентам уколы ставить и судна выносить, посадили бы в красивой форме в чистенький кабинет карты заполнять.

— А вам, значит, хочется настоящей работы?

Взгляд Алиха вдруг стал серьёзным.

— Вы интуит, правильно? Я тоже. У меня по материнской линии четыре поколения врачей. Я ауры вижу тоньше артефактного томографа, мы проверяли, и пациентов могу успокаивать, которые особенно боятся, или, наоборот, злятся. Меня обещали на следующей неделе ассистентом в операционную брать, на самое простое, но всё-таки. А тут дед, и вот это всё, – он широким жестом обвёл двор и здание пансиона. – Как будто мне заняться нечем. Зато теперь с чистой совестью смогу рассказать, что его высочество лично снег убирает, подаёт трудовой пример, а я, разумеется, всецело поддерживаю своего будущего императора.

Он изобразил театральный поклон в сторону Ивора, который как раз подошёл ближе, чтобы отдать Гэлхану горностаечку.

— У вас руки ледяные, – заметил он с неодобрением. – Простудитесь – попрошу дана Ансельма прочесть вам лекцию на тему, что должен и чего не должен делать приличный жрец. Алих, передайте ему чай, пожалуйста.

Гэлхан усмехнулся и принял почти невесомый пушистый комок, перехватив ладонью под пузо. Зверушка издала недовольное урчание, но команды послушалась и вырываться не стала.

— Я полагаю, про права и обязанности приличного принца вам уже поведали, и про уборку снега там ничего не было?

Ивор широко улыбнулся и потёр руки, разминая пальцы.

— Подданные, – проговорил он наставительно, – ждут от меня трудового примера и подвига. Разве я могу их разочаровывать?

Он подмигнул Алиху. Тот ответил смущённой улыбкой и, взяв с подноса вторую кружку, протянул её Гэлхану. Никакого негатива в его поведении дар не улавливал, а политика интересовала будущего врача явно меньше, чем упущенная возможность заглянуть в операционную. Кроме того, хотя сильный интуит теоретически и мог перерезать чьё-то горло, на практике эмоциональный откат от убийства ударил бы по ауре так, что это грозило потерей способностей, а то и инициацией.

С другой стороны, амулет, экранирующий ауру, или сильный ментальный блок могли сгладить эффект, а у Алиха защита действительно была хороша – до сего момента Гэлхан понятия не имел, что он интуит.

Чай пах клюквой, облепихой и ксантарской сосной. Ивор дождался, пока Гэлхан сделает глоток, удовлетворённо кивнул и поспешил занять своё место на снежной полосе, громко требуя, чтоб никто не смел ему поддаваться. Доктор Арри взмахнул рукой, заскрежетали лопаты, полетел снег…