Книга Тайна семицветных осколков, страница 22 – Ирина Осинская

После случая с бывшим женихом у меня появилась мысль посетить менталиста. Попросить заглушить все чувства — и хорошие, и плохие. Но так и не дошла. Побег в тот момент показался лучшим решением. Ведь, как говорится: «С глаз долой, из сердца вон».

И это как будто работало. С каждым днем дышалось все легче. Уже не так цепляли обидные слова, сказанные ледяным голосом. Не хотелось выть от чувства безысходности и от раздирающей боли.

Да, обидно до слез. Да, больно. Но это уже не казалось концом света и причиной лезть в петлю. Даже хорошо, что я узнала обо всем до принесения брачных клятв. Иначе еще неизвестно, чем бы это закончилось.

Отец всегда ругал, что я слишком порывистая. Слишком эмоциональная для мага. И мой побег в Пепелище — лишнее тому подтверждение. Но лучше так, чем прибить ненароком и неверного жениха, и его пассию. А я ведь могла. И даже хотела. В перерывах между истериками и бессвязными рыданиями в голове возникали страшные мысли о мести. Жестокой, некрасивой и недостойной.

Я сама пугалась этих идей и с силой гнала прочь, но…

Нет, все-таки побег был самым правильным решением. Здесь, вдали от родителей и бывшего, я чувствовала себя лучше. Если бы еще не нападения нечистивых и не это ритуальное убийство…

— Здравствуйте! — поздоровалась я громко, с интересом разглядывая сумрачное помещение с небольшим окном, парой книжных шкафов и добротным столом, заставленным книгами.

— Доброго утречка, барышня! — поздоровался мужчина, которого я сначала даже не заметила. — Не стойте на пороге, проходите.

Его скрывали те самые стопки книг. Думалось, что все это учебники и тематическая литература, но прочитав названия на нескольких верхних корешках, я фыркнула: весьма известные в столице любовные романы.

Приблизившись, я смогла разглядеть и самого хозяина кабинета. Он оказался сильно в возрасте. Тонкую пергаментную кожу испещрили глубокие морщины, кое-где покрытые россыпью темных пятен. Густая белая борода была заплетена в косу и спускалась сильно ниже талии. Зато на голове растительность отсутствовала совсем, отчего макушка слабо бликовала в свете небольшой лампы.

— Надо же, не соврали! — прицыкнул он, разглядывая меня с не меньшим интересом.

— О чем? — уточнила осторожно.

— Что приняли в управление женщину. Хотя, какая из тебя женщина — так, девчонка сопливая.

— У меня отменное здоровье, — не согласилась я, ничуть не обидевшись на этакую характеристику.

Да и смысл, если по меркам остальных стражей я действительно была «девчонкой». Сама удивлялась, как согласились взять на службу.

На мой ответ старичок отреагировал смешком, потеребил бороду, а затем спросил:

— А чего тогда у целителей бока отлеживала?

Осведомленности менталиста я не удивилась. Наверняка у него уже лежали личные дела каждого члена нашего отряда. Да и в таких городах сплетни разносятся быстро: чем еще заниматься в глуши, как не перемыванием косточек соседям?

— Упала неудачно во время нападения нечистивых.

— Слышал-слышал, — покивал старичок. — Страшно было?

— Очень.

— Оно и хорошо. Когда боишься, стараешься не лезть вперед командира. И не геройствовать понапрасну.

— Да я и не собиралась…

— Все вы так говорите, а затем бросаетесь в самую гущу событий. Навидался уже, спасибо, — пробурчал менталист. — Так что, жаловаться на труп будем?