Книга Рассказы горе-ведьмы. Тайна заколдованной колоды, страница 87 – Юна Пир

— Ну тогда не отставай! – подмигнула я Михаилу и вдавила педаль газа.

Он быстро натянул шлем, завёл мотоцикл и рванул за мной.

Дороги из центра были пустые. Пробки начинали собираться в другую сторону. И мы наслаждались быстрой ездой, каждый на своём коне. Через полчаса мы подъезжали к моему дому. Я взяла канделябр в пледе, закрыла машину. Мой спутник установил мотоцикл на подножку сразу за моим авто и забрал шлем. Но ни в одном кино не показывают, что делать до кофе в лифте! Подходя к подъезду, я судорожно думала, нужно ли сразу целоваться или просто поговорить. А тогда о чём говорить? И дёрнуло же меня позвать его на кофе!

Но ситуацию вырулил сам Михаил.

Он галантно придержал мне дверь и, пропустив внутрь, сразу восхищённо затараторил:

— Надо же! В таком доме у меня родители жили, да и я лет до восемнадцати, пока в армию не призвали. Смотри-ка! И лестница у нас такая же! Только у вас, похоже, недавно ремонт сделали. Сейчас в той квартире моя сестра живёт. Я-то давно за город перебрался. Не по душе мне эта московская суета, да и воздух чище.

— А родители? – заходя в лифт, поинтересовалась я.

— Погибли.

— Извини…

— Да не за что извиняться… Давно это было. Да и я уже не юноша, – грустно сказал Голубь и быстро перевёл тему: – У нас козырёк в подъезде всегда протекал. Там сбоку была странная дыра, и всегда в дождь вода затекала и по стенам ручьями спускалась…

— У нас тоже! – почему-то радостно воскликнула я. – Видно, это у всех подобных домов. И если долго дожди летом или осенью, то прям зелень какая-то растёт. Да, забыла спросить: ты как к домовым относишься?

— А у тебя есть домовой?! – воскликнул по-детски «не юноша».

Двери лифта открылись на этаже.

— Да, он со странностями, но… – я осеклась.

У двери в общий коридор лежал, свернувшись клубком, мой драгоценный фамильяр.

— Вафля! – воскликнула я и сунула в руки Голубю канделябр, который сразу же с грохотом упал на кафель, так как фавн продолжал не желать быть в чьих-либо руках, кроме моих.

Но плед смягчил падение.

— Вафелька моя, любимый мой котик, где болит, как ты выбрался, может, сразу к ветеринару, почему ты молчишь, иди к маме на ручки, можно я тебя возьму, это твоя кровь, где открытые раны, ты мне хоть мордочкой покажи… – причитала я речитативом, обливаясь слезами, склонившись к коту, одновременно прошерстив каждый сантиметр его тела, прощупав лапки, погладив и почесав.

Непонятно, то ли от слабости, то ли от пережитого стресса, то ли он просто охренел от моего напора, но кот молчал. Я осторожно подняла его, одновременно придерживая под лапы и под хвост.

— Миш, ключи в кармане. Помоги открыть двери.

Похоже, Голубя редко называли по имени или он тоже был шокирован моим поведением, но мне пришлось дважды повторить просьбу, прежде чем он осознал, что от него требуется. Но это было только началом его удивлений…

Поскольку, переступив порог своей квартиры, я истошно заорала.

И было от чего! На меня неслась странная незнакомая женщина в чёрном длинном платье с радостным криком: «Жи-и-ивы-ы-ы-ые-е-е-е!»

Реакция Голубя была мгновенной. Он обхватил меня вместе с котом и повернул на сто восемьдесят градусов, закрыв своей спиной от безумной женщины. Но это нас не спасло, так как дама в чёрном пролетела сквозь нас троих. Привидение?! Мы уставились друг на друга. Причём на меня смотрели кот и мужчина, выражая одну общую эмоцию. А я, прекратив орать, осознала, что голос привидения мне подозрительно знаком. Она висела в воздухе в метре от меня, воздев руки к груди. На вид лет тридцати, жгуче-чёрные волосы уложены в высокую аккуратную причёску, небольшие завлекалочки на висках, густые красивые чёрные брови, большие глаза со слегка опущенными внешними уголками, что сразу создавало ассоциацию с добрыми глазами спаниеля. Аккуратный носик, небольшой рот с ярко выраженной окантовкой губ. На подбородке ямочка. Длинная шея. Платье с высоким воротником, небольшим корсетом под грудью и длинной юбкой без кринолина. Молодая женщина хоть и имела несколько измождённый вид, но весьма благородный.