Книга Истинным злодеям свет (не) к лицу, страница 10 – Рина Чар

Шаг из портальной воронки вызвал легкий спазм в желудке. Я глубоко выдохнула, стряхивая напряжение, шагнув в кабинет отца.

Алексан ван Дерн сидел за рабочим столом, вооружившись ювелирной лупой, и методично ковырялся в крошечном механизме. Моя матушка устроилась в кресле у окна, элегантно перелистывая каталоги со столичными тканями, изредка что-то помечая прямо в нем же. Идиллия. Никто в здравом уме не заподозрил бы эту благопристойную пару в том, что они активно спонсировали государственную измену.

— Ты вовремя, — не поднимая взгляда от механизма, ровно произнес Алексан. — Как осмотр нашей загородной недвижимости?

— Договор подписали. Я осмотрела местность, довольно колоритна и… спокойна, — обронила я, стягивая плащ и бросая его на кожаный диван. Внутри все еще гудело от переизбытка адреналина, но голос звучал со скукой. Всегда оставался риск наткнуться на подслушивающие артефакты императорских ищеек, хотя мы периодически чистили дом от прислуги и обновляли защиту. Но в такие моменты приходилось перестраховываться.

— Прекрасно. Надеюсь, фасад здания не пострадал от потопа? — спросила матушка, отложив каталог, и окинула меня цепким взглядом. Заметив грязный подол моего платья, она приподняла бровь. Но никаких причитаний. Чего паниковать из-за испачканной одежды? Главное, все целы и невредимы. Для родителей это всегда было первостепенным, а учитывая мои особенности, это приобретало новый смысл.

Если бы отец не создал артефакт, скрывающий мою химерную сущность, от меня бы рано или поздно избавились. Сами родители попали бы в немилость. Но сейчас, если правда раскроется, семью уничтожат. Потому мне нужен принц.

— Только косметические дефекты, матушка. Инвестиции окупятся, — пояснила я и подошла к зеркалу над камином, критично осматривая свою прическу.

Оттуда на меня смотрела здоровая, уверенная в себе девушка с чарующими бледно-лавандовыми волосами и прямой осанкой. Сложно было поверить, что когда-то это тело принадлежало тщедушному, вечно болеющему ребенку. Лекари давали маленькой Роксане от силы пару недель жизни после последнего приступа.

Но в лихорадящем теле открыла глаза я. Это или что-то иное перезапустило угасающий организм. С тех пор не было ни одной простуды, только зверский аппетит. Благо организм прекрасно справлялся с калориями.

Родители не задавали вопросов, были просто счастливы, что свершилось чудо. Я не осмелилась разрушить их мир. Но до сих пор иногда просыпалась со слезами на глазах, помня беспомощность тела, которое пыталось адаптироваться под новую душу.

Возможно, я просто убегала, но никогда не пыталась узнать, почему оказалась в этом мире или именно в этом теле. Решила, что испытывать судьбу слишком самонадеянно. Ван Дерн приняли меня, однако родительская любовь иногда могла обернуться запретами, которые лучше было не нарушать.

Впрочем, с детства у меня было достаточно времени, чтобы примириться с новыми реалиями. Точно так же, как и досконально проработать план о спасении Деймоса — первой ключевой точки разрушения сюжета.

Не припомню ни дня, чтобы я об этом не думала. Я не могла позволить себе быть слабой ни в прошлом, ни в настоящем. Мои колени могли дрожать, но спина всегда была прямой, взгляд — надменным, а голова высоко поднята.