Книга Попечительница, страница 10 – Наталья Шнейдер

И при этом не брать на комитет то, что обязан оплачивать Приказ.

— Я так понимаю, начинать нужно с нормальной платы Игнату, найма еще одной воспитательницы и как минимум еще одного ночного смотрителя, второй прачки, еще одного сторожа, кухарки на постоянную работу. Что еще?

Смотрительница покачала головой.

— Широко вы размахиваетесь, Анна Викторовна.

— А иначе и смысла нет все это затевать. — Я достала из привезенной папки чистый лист. — Давайте подумаем: что нужно немедленно, что может подождать, а что придется вытрясать из Приказа всеми возможными средствами, как бы там ни делали вид, будто это не их забота. И какие постоянные расходы комитет сможет взять на себя, не рискуя через полгода оставить людей без жалованья.

А еще неплохо бы составить список лекарств, которые должны быть в приюте всегда, инструкцию по их применению и…

И всего не упомнишь с ходу.

Смотрительница вздохнула, садясь рядом, и мы погрузились в работу.

Очень скоро чистый лист перестал быть чистым. К жалованью и новым людям прибавились лекарства, белье, обувь, мыло, запас дров и отдельное питание для слабых детей. Каждая строка тянула за собой другие: если нанять еще одну прачку, ей понадобятся корыта и место для сушки белья; если завести постоянный запас лекарств — потребуется запираемый шкаф и человек, отвечающий за ключ, и так далее.

Мы добрались до посуды, когда за окном остановилась лошадь. Смотрительница вскинула голову и побледнела.

— Я пойду встречу.

— Я с вами, — предложила я.

— Не стоит, Анна Викторовна.

Она вышла, прикрыв за собой дверь. Я прислушалась. Шаги нескольких ног. Неужто нашли? Но Лука с мальчишками ушел пешком, а сейчас кто-то приехал в санях, судя по скрипу полозьев. Полиция?

Точно, полиция — я услышала голос начальника сыска Строганова. Вышла из кабинета — сама это заварила, самой придется и защищать смотрительницу от начальственного гнева.

Но за спиной Строганова маячила стройная, а по местным меркам худая барышня с роскошными каштановыми волосами, одетая в скромный салоп. Рядом с ней — девочка лет десяти в дорогой синей шубке. Девочка чем-то напоминала Строганова, и когда взгляд начальника полиции обратился на нее, лицо на миг стало мягче.

Дочь, вспомнила я. Строганов — вдовец, воспитывающий дочь. А девица наверняка гувернантка.

Я успела привыкнуть, что слуги, пусть даже привилегированные, опускают глаза рядом со знатью. А эта смотрела прямо, как на равную, и, только заметив мой внимательный взгляд, опустила ресницы.

Но все-таки что принесло в приют начальника полиции? Да не одного, а с дочерью? Не из-за беглеца же он сорвался?

— Здравствуйте, Дмитрий Александрович. Вот уж сюрприз, — сказала я.

Строганов поклонился.

— Анна Викторовна, имею честь засвидетельствовать мое почтение.

— Рада видеть вас в добром здравии, — ответила я и посмотрела на его спутниц.

Девушка в неброском платье присела в реверансе. Девочка рядом повторила за ней, чуть запоздав и слишком старательно.

— Позвольте представить: моя дочь, Дарья Дмитриевна. А это Ольга Георгиевна Шувалова, ее гувернантка.

— Очень рада знакомству, — улыбнулась я. — Позвольте узнать, чем обусловлен ваш визит? Желаете познакомить дочь с делами милосердия?

Не нравилось мне все это. Почему-то на память приходила та сцена из старого романа, когда в пансион, где училась героиня, приехали хорошенькие и разряженные дочери его владельца.