Книга Солнце Мирлеи, страница 103 – D. Scriptor

— Это моя жизнь, мам. Пап, — Кора вздохнула. — Я не вернусь на Дукрут. И сейчас мы можем либо попрощаться на доброй ноте, либо надолго поссориться. Ссориться я не хочу.

Здесь папа должен был бросить резкую фразу о том, что Коралина вернется домой без гроша за душой через пару дней, но Отто только еще больше нахмурился. От разговора в прошлой жизни этот отличался тем, что Коралина не бросалась вызывающими фразами и едкими замечаниями. Она была коротка и сдержана. Повзрослела. Теперь она знает, что со всем справится. Теперь не одна.

Коралина решила оставить разговор о Талии и Рэйне на потом, чтобы не травмировать родителей еще сильнее. На душе отчего-то было легко.

— Закрыла гештальт, — прошептала Кора, убирая смартком в карман брюк после долгого прощания. Посмотрела на усеянное звездами небо. Сегодня далекая Солона сияла еще ярче.

А завтра Коралина уже официально начнет свою новую жизнь.

Откуда приходит беда

Наска был непривычно молчаливым и сосредоточенным весь тот путь, пока вез Коралину в сторону правительственного комплекса, который находился в одной из центральных высоток. Совет предпочел не сильно выделяться, поэтому поместил все свои офисы на двух нижних и трех верхних этажах самой старой оранжереи Эо-Сити. Софита сказала, что очень любит там бывать одинокими вечерами, потому что оранжерея представляет собой внутренний парк с растениями-эндемиками материка Линеи. Заставляет задуматься… о многом. Потом бабушка странно замолчала, когда разговор коснулся офисов советниц, и обидчиво закусила губу. Кора решила не лезть под шкуру, но сей факт все-таки записала на подкорках сознания. Так или иначе, но сегодня у нее полно других дел.

Кора прижалась лбом к машинному стеклу, исподлобья наблюдая за мелькающими по обе стороны от трассы деревьями. Вчера она сбросила с себя (многолетний) груз, поговорив с родителями так, как нужно было, а не так, как хотелось девчонке внутри нее. Кажется, Коралине удалось донести до них, что она уже взрослый и самостоятельный человек, поэтому имеет право сама выбирать, как ей жить. Конечно, мама еще долго стенала по поводу предательства, но Эката говорила несерьезно, скорее просто не хотела сдаваться. Кора с удивлением поняла, что роль ребенка теперь переняла мама, пытаясь давить на жалость. Отец просто понуро молчал, прикидывая в голове какие-то свои домыслы. Коралина очень надеялась, что никогда о них не узнает. Она сделала то, что должна была сделать очень давно, и это ее радовало.

«Теперь и жить можно», — мысленно усмехнулась Кора, прикрыв глаза и прислушавшись к себе. Теперь ничего не давит на ее сердце, теперь — легко.

Эката (пригрозила) пообещала, что позвонит еще, и тогда Коралина решила, что расскажет о Рэйне и Талии. Для формальной помолвки подойдет и разрешение бабушки, но родители оставались родителями, хоть и ненастоящими. Куда сложнее вопрос обстоял с семьей Талия. Кора судорожно вздохнула. Альза Сэт-Ави, дело чьего мужа когда-то вела Софита, по словам бабушки была женщиной специфичной. Воспитавшая трех дочерей, потерявшая любимого мужа… Там своих скелетов хватает, а тут еще нежеланный сын нечаянным образом собирался о себе напомнить. Впрочем, Талий был настроен серьезно, это у Коры глаза по две плошки только от мысли об этом.