Книга Венец из волчьих ягод, страница 322 – D. Scriptor

— Я думала, это сказки, — я нахмурилась, припоминая все легенды о крылатых создателях и других мирах.

Вспомнившиеся слова старухи Ружены заставили меня сглотнуть. А ведь я не оставляла надежды, что та просто обезумела.

— Да, — Клео снова подала голос. — И это опасно. Очень опасно. Я подозреваю, что Химера своей войной навлечет на нас беду куда более страшную.

— Что мы должны сделать?

— Оставаться в Красногорье как можно дольше, Виви, — волчица коснулась моего плеча. — Врата Востока не спасти, и хранители-олени уже направились на Юг, чтобы сдерживать магию Врат там. В Эголле о них заботятся медведи… а здесь никого нет, кроме меня. Конечно, другие стаи пришлют помощь, но Северные Врата всегда принадлежали волкам. Без них все окажется напрасно.

— Я не понимаю. — хмурюсь, переведя взгляд на Искру. — Что все это значит? Как оборотни защищают Врата, если Восточные уже угрожают нам и…

— Я их уничтожила, — совершенно спокойно сообщила ведьма и на миг прикрыла глаза. — Материал, из которых сотворены ваши врата вступил в контр-связь с моей магией, ведь мы оба родом с Миграллы. Я уничтожила Восточные Врата вчера.

Стало очень тихо. Даже метель, которая разбушевалась к обеду, совсем утихла за окном. Я перевела взгляд на потолочные балки, чувствуя, как колотится сердце. Так вот, что это был за всплеск вчера ночью, который заставил вздрогнуть не только мое тело, но и душу. Ружена не бредила, она с самого начала говорила правду. Я посмотрела на Искру. Мы с нею были рожденными в одном мире, и это было жутко. Неужели моя дорогая маменька как-то умела перемещаться между мирами? А если так, значит, она тоже была родом с загадочной Миграллы? Или отец?

— О чем призадумалсь? — тихо спросила Клео, уловив мое настроение.

— О том, что не понимаю, к чему вы обе клоните, — я решила, что разговор о Ружене и ее утверждениях совсем для другого времени.

— А к тому, дорогая, что ты и твой эголльский женишок важные фигуры на этой доске, — съязвила Искра, скрестив на груди руки. — Я не люблю ориентировать на легенды и предания, но у нас на Мигралле каждый школьник знал о том, что четверо спасут мир. Ты, гоблин, твоя волчица и ее косматый. А уж как — на этом-то былина и обрывалась.

— Сказка, у которой нет конца — догадалась я, переглянувшись с Клео.

— Верно. Только вот конец у ней все-таки будет, — протянула ведьма, уставившись на снег за окном.

— О чем ты спрашивала у Асена? — мой голос почти не трогнул на имени предателя.

— О муже, — а вот голос Искры сорвался. — Он сказал, что мой Алтан жив.

Мы с Клео не решились уточнять, откуда именно Асен может знать ведьминого мужа и быть уверенным в его целости. Итанк было ясно, что дела с этими другими мирами и старыми сказками не так просты, как хотелось бы. Я тяжко вздохнула, и на несколько долгих минут наступила тяжелая тишина. Я не знала, о чем думали Клео и Искра, но я сама гоняла в голове тысичи мыслей, которые касались одновременно и Химеры, которая обвела меня вокруг пальца, сделав меня своей чернавкой на побегушках, и загадочной Миграллы, связь с которой угрожала Миагере бедой. Наверное, даже сами Хранители Врат не знали всего того, что скрывается по ту сторону.

— В чем все-таки заключается наша с Варассой роль? — спросила я задумчи, не слишком-то надеясь на ответ.