Книга Венец из волчьих ягод, страница 318 – D. Scriptor

— Догони Искру и спроси, — огрызнулся подуставший от братской суеты Лука. — Она, наверняка, мечтает о разговоре с тобой.

— Ну, конечно, — Василь обиженно буркнул и отвернулся.

На несколько прекрасных минут наступила тишина. Финист еще раз огляделся, медленно выдохнув. Наверное, ему стоило заглянуть к сестре, но какое-то странное близнеческое чутье подсказывало, что сейчас этого лучше не делать. Тем более, что за ней послушным щенком припустился принц Эголлы, и Сильва скорее всего отыгралась уже на нем. Княжич не сумел скрыть ехидную улыбочку. Никто из этих неотесанных мужланов не достоин его милой сестрицы.

— Смотрите-ка кто прискакал на встречу с Сильванной, — Василь хранил молчание недолго и уже вовсю скалился принцу эльфов. — Никак рад, что один соперник сгинул, а, доходяга?

Эвер широко улыбнулся братьям-княжичам и двинулся в их сторону. Финист сразу приободрился при виде лучшего друга.

— И вам долго жить, дикари, — Эвер беззлобно рассмеялся, позволив увлечь себя в медвежьи объятия.

О влюбленности принца Лунариса в княжну Сильванну в Красногорье знала каждая чернавка. Эвер традиционно два раза в год приезжал свататься, получая отказ даже не от самой Сильвы, а от князя Алекая, и теперь Финист понял почему — отец давно готовил ее на роль наследной принцессы Эголлы. И прекрасно скрывал о своей осведомленности. Пожалуй, Эвер единственный из всех женихов сестры, который вызывал симпатию.

— Но мы все-таки породнимся, да? — язвительно заметил Василь. — Вы же братья с этим недогоблином, ага?

Эвер слегка нахмурился и приосанился.

— Варасса достойный муж и король, — сухо проговорил он. — В битвах он не раз спасал мне жизнь, и я рад за Сильванну. Она… будет счастлива с ним.

Финист увидел в его глазах внеземную тоску и тихо выдохнул, положив руку на плечо друга. Он не испытывал сильного сочувствия, потому что всегда считал незыблемым право сестры выбирать себе мужа, но краем своего сердца не переставал надеяться, что в конце концов она выберет именно Эвера.

Замолчали. Финист перебирал в голове мысли, пытаясь хоть как-то упорядочить их, но выходило скверно.

— Она будет рада видеть тебя, — неожиданно подал голос Лука. — Сильванна наверняка соскучилась по тебе.

Сильнее, чем дружба княжичей Красногорья и принца Лунариса, могла быть только дружба принца и княжны. Финист грустно улыбнулся и кивнул в поддержку слов брата. Эвер вздохнул, на миг прикрыв глаза. Его боль была почти осязаема, она впиталась в воздух, загустела. Даже Василь не спешил вставлять ядовитые комментарии, стоял молча, склонив голову.

— Спасибо, — Эвер поблагодарил одними губами, и в его взгляде вспыхнула решимость. — Я пойду к ней сейчас же.

* * *

Варасса никогда не ощущал подобную беспомощность. Даже перед матерью, когда приходилось на коленях выпрашивать дурманку, он не чувствовал себя настолько размазанным. Его сердце сжалось в тугой узел, и он боялся дышать, сидя под дверью, за которой бушевал ураган. Вар не понимал, в чем провинился, почему Сильванна так жестока с ним, за что прогнала?.. Принц Эголлы отдал бы все на свете, лишь бы его драгоценная Сильва открыла двери и позволила себя обнять. Он же хотел как лучше.

Варасса тяжело вздохнул и прислонился затылком к двери, прикрыв глаза. Княжеский терем бурлил и кипел: туда-сюда носились девицы-чернавки, тяжело шагали воеводы, слонялись любопытные гости. Вар наблюдал за ними из-под опущенных ресниц, чувствуя себя безмолвным стражем у входа в опочивальню принцессы. Он с тоской оглянулся, вспомнив, как еще утром они лежали в снегу и целовались, позабыв о целом мире.