Книга Венец из волчьих ягод, страница 312 – D. Scriptor

Василь снова нашел взглядом сестру. Она так и стояла чуть поодаль, задумчивая и очень злая. Княжич видел это по ее сведенным бровям и сжатым кулакам. Василь даже не хотел думать, кто навлек на себя такую беду.

Когда началась торжественная часть, Василь откровенно заскучал. Он уважал сестру, но весь этот фарс с похоронами принять не мог. Будь Сильванна чуть жестче, давно бы заставила эту проклятую ведьму сделать свое дело. Зато вон Финист стоял, выпятив грудь, как индюк, словно только что спас целое княжество. Василь был уверен, что Искра согласилась, если и согласилась, то только из жалости.

Отец что-то вещал о доблести почившего Асена, и в этот момент Василь сделал все, чтобы не расхохотаться.

— Битва за Змеиный Хребет унесла множество жизней, — князь Алекай тоже довольным не выглядел. — В тот день мы дали отпор вражескому войску. Смерть Урогова сына была шагом к мирному небу над нашими головами…

В этот момент Василь заметил, как Сильванна переглянулась со своим принцем, быстро, неуловимо, но их взгляды встретились в каком-то немом разговоре. Средний княжич прищурился, но подумать над этим как следует не успел — из тени вышли знахари, которым уплачивала сестрица, чтобы те удерживали в Асене последние крупицы жизни. Сейчас они оборвут свою магию, и Асен умрет.

Все произошло слишком быстро. Василь не успел заметить, когда эголльский принц подошел к гробу наравне со знахарями и пустил в общий строй свою магию, тоже лекарскую, ярко-зеленую. Мир на секунду замер. Княжеские целители отступили, их работа на этом окончена. Но… Асен не умер, он продолжал жить, цепляясь за магию Варассы.

Где-то заверещала Ганна, где-то закричал Алекай. Но Сильванна и Варасса не слушались чужих приказов, они были где-то за пределами этой торжественной залы.

Василь посмотрел на сестру с уважением. Надо же, хитрая волчица нашла решение, не отступила. Пусть даже так жестоко по отношению к несчастному полукровке, который стал в ее умелых руках лишь оружием.

— Что, Финист, плакал твой план? — Василь толкнул старшего брата с усмешкой. Лукиян, который стоял рядом, молча хмурился. — Не пришла твоя ведьма.

И лишь только эти слова слетели с его губ, двери терема с грохотом распахнулись, впустив лютый мороз зимы и столп неукротимого пламени.

Василь должен признаться, что на мгновение опешил, когда в зал вошла Искра, в длинной песцовой шубе, покрытая слоем снега. И когда только буря успела начаться?.. Василь смотрел на ведьму-отшельницу с открытым ртом. Он не мог поверить в то, что проклятая Искра пришла только сейчас, а не в тот день, когда Сильванна ходила к ней на поклон со слезами и отчаянием.

— Прочь, — ведьма сказала только одно слово, испепеляя Варассу взглядом.

Эголльский принц, переглянувшись с Сильванной, отступил, но поток магии не ослабил. Искра в несколько шагов оказалась возле Асена и склонилась над гробом. Ее голос стал тише, нежнее. Она взывала к чему-то или кому-то через песню, слова которой Василь разобрать не мог.

Он, как и все находящиеся, завороженно наблюдал за отшельницей. Ганна, удерживаемая мужем, смотрела на сына и ведьму с какой-то отчаянной надеждой, такой яркой, материнской жаждой, что, казалось, загустел воздух. Василь перевел взгляд на сестру, и в глазах той бурлила… ненависть. Средний княжич даже позабыл о Искре, всецело сосредоточившись на сестрице, которая, видно, едва сдерживаясь, чтобы не оттащить ведьму и прервать ритуал.