Книга Венец из волчьих ягод, страница 284 – D. Scriptor

— Ты так прекрасна, — тихо, едва слышно проговорил Вар, продолжая меня целовать. — Знаешь, мне кажется, что я влюбился в тебя в тот миг, когда увидел впервые в саду. Ты играла со своей волчицей и выглядела такой… настоящей. Княжна, про которую мне столько рассказывали, оказалась совершенно иной.

— И что же? — я провокационно выгнулась. — Будь я такой, как обо мне говорили, влюбился бы?

— Да, — Варасса даже не задумывался, прежде чем ответить. — Изменилась бы не ты, а мой взгляд на тебя. Но в любом случае я бы смотрел на тебя влюбленно.

— Ты никогда раньше не любил, Вар, — я вздохнула и отвернулась. — Почему же ты так уверен…?

— Любят не разумом, Сильва. Любят не за тем, чтобы мучиться от мыслей и домыслов. Любят, чтобы разделить жизнь и сердце, — он говорил тягуче и мягко, продолжая целовать и оглаживать мое тело. — Любят, чтобы стать сильнее — вместе.

— Я хотела тебя использовать, — упрямо напомнила я. — Насладиться пару ночей, а после бросить, оставить. И что бы ты делал, если бы…

Я осеклась, потому что пылкое признание чуть не слетело с моих губ. Вар поднял глаза в ожидании продолжения.

«И что бы ты делал, если бы я в тебя не влюбилась?»

Вслух сказать то же самое я не осмелилась, но, кажется, Варасса и без этого все понял. Шумно вздохнул и потянулся к моим губам, накрыв их нежным поцелуем.

— Продолжал бы любить тебя, — шепотом ответил он, чуть отстранившись. Я схватила его за плечо, притянув обратно к себе. — Потому что ты стоишь всех рисков, всех страхов, всех разочарований. Любить тебя — уже наивысшее в мире счастье, — Вар глядел на меня честно и преданно. — Я с детства смотрел на несчастного отца и даже помыслить не мог, что однажды смогу любить. Что однажды встречу часть своей души. Ты — моя душа, Сильва, — он выдохнул это в мои губы, и руна на моем плече отозвалась приятным теплом.

— А ты — моя, — словно зачарованная отозвалась я, заправив прядь его волос ему за ухо. Вар перехватил мою ладонь, прижавшись к ней губами.

Я знала, что такое любить, это правда, и я могла с уверенностью сказать: то, что я сейчас чувствовала к Варассе, не было любовью в привычном своем смысле. Мы не были любовниками, какими я нас видела в самом начале. Наша связь превратилась во что-то глубокое, но еще недостаточно сильное. Мы можем стать друзьями, если доверим друг другу свои самые тяжелые тайны. Мы можем стать союзниками, если оба встанем на сторону мира. Мы можем стать супругами, если дадим клятву. И мы можем стать возлюбленными, если я признаюсь в этом самой себе прямо сейчас.

Иногда самые важные люди приходят в нашу жизнь совершенно нежданно.

— Когда я приехала в Эголлу, то не собиралась с тобой даже разговаривать, — поделилась я, улыбнувшись. Варасса хмыкнул, вернувшись к своему занятию. — А сейчас я так хочу, чтобы ты перестал целовать меня с целомудрием девственника и уже сделал что-нибудь, — нетерпеливо прорычала я, вцепившись в волосы принца. Тот оторопел лишь на секунду, глядя в мои глаза, и тут же его губы растянулись в понимающей улыбке.

— Как пожелаешь, — шепнул он и резко отстранился. Оперся о кровать коленями и стянул расшитую красным рубаху через голову, обнажив торс.

Я обмерла, а Вар, оскалившись, приник губами к моей груди, целуя через ткань сарафана. Я не сдержала стона и выгнулась навстречу под его довольное урчание. Хитрец. Все-то он понимал, просто дразнился. Я ухмыльнулась, скользнув ладонями по его плечам. Варасса спустился поцелуями к животу, и я догадалась, что он собирался сделать. Сердце мое сладко сжалось, и я нетерпеливо потянула за завязки сарафана, намереваясь обнажиться.