Книга Венец из волчьих ягод, страница 217 – D. Scriptor

Брачная песнь взывала к богу воды Олакану, умоляя его о счастье и любви. Я и сама не знала, почему из всех песен, которые знала, выбрала именно эту. Я не пела ее даже Асену.

— Заплетаю в реку свои косы,

Я прошу тебя, воды отец,

В зной весны, зимы ль морозы,

Быть с любимым мне обрек.

Дай мне силы, дай мне вечность,

Я отдам тебе себя,

Жизнь не будет скоротечной —

Быть с любимым навсегда.

Когда последнее слово слетело с моих губ, Варасса, словно неосознанно, потянулся к моему лицу, коснувшись щеки самыми кончиками пальцев. Я шумно выдохнула, не отрываясь глядя на него, стояла неподвижно, боялась спугнуть. Я так сильно хотела коснуться его в ответ, но сдерживалась, пытаясь запомнить каждую черточку его лица, впитать в себя тепло его рук.

— Вы спасли меня, — тихо произнес принц, и в его словах было так много нежности, что мне от нее стало больно. — Вы мое солнце, моя путеводная звезда. И я благодарен богиням за то, что вы появились в моей жизни. Я не смел бы этого говорить, но… — темные глаза вспыхнули, и я с ужасом догадалась, о чем он собирался сказать. Резко прижала ладонь к его рту, и Варасса нахмурился.

— Не надо, — прошептала я, помотав головой. — Не надо, я прошу тебя. Не сегодня, слышишь? — я отняла руку и тут же резко притянула его к себе, впившись в полные губы, жестко, совсем не ласково. Принц неловко дернулся, пытаясь отстраниться. Я не позволила и больно укусила за нижнюю губу, царапнув ногтями за шею.

Вода зашумела. Краем глаза я увидела, как гладь подернулась свечением, словно тысячи звезд разом рухнули на дно подземной реки. На мгновение я поверила, что боги прямо сейчас покарают меня за трусость. Свет становился все ярче, он резал глаза. Я прервала поцелуй, и Варасса тут же прижал меня к себе, остервенело оглядываясь по сторонам. Кана стенала и шипела. Я вжалась в грудь принца. Наши глаза встретились, и в следующую секунду воздух пронзил говор тысячи голосов. Они повторяли одно-единственное слово.

— Связаны. Связаны! Связа-а-аны… Связанысвязанысвязаны.

Старая сказка оживала на моих глазах. Я обнимала Варассу с закрытыми глазами, и слезы катились по моим щекам. Клео с самого начала об этом знала, знала, рассказывая о подземной реке, протекающей под дворцом. Бог Олакан ответил на мои молитвы. Он обручил меня с тем, кого я никогда не полюблю.

Свет погас так же резко, как и зажегся, голоса утонули в водной глубине так, если бы их никогда не было. Пещера снова была тиха и темна. И лишь наши с Варассой гулко бьющиеся сердца помнили о случившемся. Маменькины сказки, которые она говорила на ночь, оказались былью. О нареченных не слышали две тысячи лет, если не больше, все знания о связанных душах канули в небытие, став красивыми легендами, которые иногда вспоминали на свадьбах. Так пусть и дальше это будет только вымыслом. Не существует нареченных, никогда не существовало.

— Принцесса, — Вар слегка расслабил объятия, и я выскользнула из его рук, невозмутимо отряхнув сарафан. Мысли же в голове устроили лихорадочный пляс. Связаны.

— Мы не будем об этом говорить, — сухо объявила я, первой направившись прочь из воды. — Никогда. Все останется здесь.

— Как пожелаете, — глухо отозвался Варасса, и я рискнула обернуться. В его глазах застыло жгучее разочарование. Я сама подвела его к краю, сама нежила его словами, сама окружала вниманием.