Книга Коллекция упавших звезд, страница 60 – D. Scriptor

Лагурра славилась своими минералами и восковым искусством. Местные жители вытворяли невероятное, создавая целые восковые города, укрепляя изначально хрупкий воск только им известным способом, который позволял творениям жить долго. Но декоративные фигурки отлично плавились и служили больше для декора, которому позволено быть хрупким. Аркана нередко сравнивала минуты страсти с плавлением воска, потому что тела в её руках становились податливыми и беззащитными, горячими и мягкими.

Она проложила влажную дорожку из поцелуев вдоль груди к облаченному в легкую ткань паху и замерла, подняв взгляд на распалившегося Нико, который задыхался от чувств, вмиг растеряв всю свою гордость и несносность. Невольник тоже напоминал восковую статуэтку с его родной планеты, и Лотта невольно улыбнулась, проведя заботливыми пальцами по плечам, груди и впалому животу, вслушиваясь в хриплое дыхание. А потом нагнулась, подцепляя зубами топорщащийся сосок, обласкав его языком. Нико выгнулся в её руках, словно змея, не сдержав голоса, и комнату пронзил сладкий стон, замерший на манящих приоткрытых губах. Альфа надавила пальцами на твёрдый сосок, чувствуя собственное возбуждение, обжигающе сильное.

Змеиный принц лежал под ней лохматый, полный желания и страсти, с раскинутыми в разные стороны руками и похотливо раскрасневшимися щеками. Ореол зацелованного соска потемнел, добавляя развратности, и Лотта рыкнула, одним резким движением стягивая оставшуюся на невольнике одежду под одобрительный оскал.

— Вот так бы сразу.

— Не язви, милый, — напряженно прошептала она, снова нагибаясь к распаленному телу, мягко кусая шелушащуюся кожу паха, умело игнорируя набухший омежий член.

— Ах!.. что вы… — Нико взвился под ней, упираясь ладонями в плечи, и широко раскрыл глаза, влажно выдыхая. — Богатейская извращенка, — тихо сообщил он, пока Лотта с упоением вылизывала поджавшиеся яички, покрытые нежными перламутрово-зелёными чешуйками.

На Лагурре младшему сыну вождя жилось несладко, это министр хорошо знала. Его готовили к замужеству с альфой высокого ранга, с альфой другой расы, что обитала по-соседству с чешуйчатым народом. И имя этой расе — наги, люди со змеиным хвостом вместо ног. Младшего принца учили всегда угождать супругу, младшему принцу запрещали грубить, запрещали отказывать, запрещали наслаждаться. Омега должен только ублажать, не более. Аркана прекрасно была осведомлена о тонкостях супружеских связей планеты Лагурра и ненавидела их за то, что до сих пор не в силах приобщить Нико к обоюдному удовольствию. Змей никак не может смириться с тем, что и он может получать наслаждение во время соития, ведь это неправильно, это непонятно, это дико, это всё странности богатейской извращенки.

— Расслабься, сладкий, — промурчала альфа, мягко раздвинув его ноги, и одарила тысячью поцелуев прохладную кожу бедер. — Нико, — позвала она, заставив его обратить на себя взор. — Я люблю тебя, Нико, просто знай, хорошо?

И с этими словами, не дождавшись ответа, она вновь примкнула губами к паху, прошлась вдоль вставшего члена, ласково оцеловав трепетную головку, лизнула сочащуюся смазкой дырочку уретры и, прижав возбужденную плоть к животу, прошлась горячими губами по чешуйчатым яйцам, заработав сдавленный стон и нетерпеливую дрожь. Омеги дома Арканы хранили свои страшные истории, полные жестокости и несправедливости, и Лотта обещала разобраться со всеми их проблемами, но постепенно. Постепенно даря любовь, постепенно лаская измученные тела, постепенно забирая болезненные воспоминания. Леди прекрасно было известно о том, что младшего сына вождя с пятнадцати полных оборотов учили ублажать альф, его насиловали, но эти противоправные акты назывались просто «обучением», его заставляли делать минет старшим братьям, чтобы не опозориться перед будущим супругом.