Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 98 – Айлин Лин

— Я расскажу вам всё, и даже больше, только пообещайте её не трогать.

Я задумчиво смотрела на молодого человека. Молчание затянулось, но Фёдор не спешил его прерывать, ожидая моего решения.

— Положим, я дам вам слово отпустить Пелагею, — заговорила я, — но не боитесь ли вы, что, когда я получу от вас необходимые сведения, нарушу его? Вызову полицию и передам её правосудию.

Он облизнул потрескавшиеся губы и просипел:

— Не вызовете.

— Почему?

— Я у вас работал.

Ответ меня несколько озадачил.

— И что же?

— Видел… как люди живут. Жалованье вовремя. Всё у них есть, что для работы надо. Даже обед за ваш счёт и по воскресеньям отдыхать положено, никто на работу не гонит.

Фёдор остановился, прикрыл глаза. Я уже хотела предложить отложить разговор, но он заговорил снова:

— Рабочие-то промеж собой всякое болтают. Начальству достаётся, старшим мастерам… А про вас я ни разу худого слова не слышал. Молятся за вас, за ваше благополучие и здоровье. А это редкость в наше-то непростое время, где рабочих иной дворянин и за человека не считает.

Вот, значит, как. Всё видел, всё понимал, а чертёж всё равно украл. Сейчас же он предлагал мне сведения в обмен на безопасность матери, и упускать эту возможность я не собиралась.

— Хорошо. Пелагею я полиции не выдам. Обещаю. Но вы расскажете всё, что знаете, без утайки. И о князе, и о тех, кто ему помогает.

Пальцы больного, сжимавшие одеяло, расслабились.

— Погодите, — попросила я его и повернулась к Дуняше: — Позови Макара и Михаила Константиновича.

Та вышла, а Илья тем временем смочил раненому губы и снова посчитал пульс.

— Где матушка? — спросил Фёдор.

— Спит в гостиной, — ответила я.

Вскоре в комнату вошёл дядя, а следом за ним Макар. Илью попросили ненадолго удалиться.

— Я хоть и дурак, — начал Фёдор, — но не последний. Давно уж за плешивым проследил, сразу, как князь приехал. Не понравился он мне… плешивый этот. Всё расспрашивал, присматривался. Ну, я и подумал, мало ли.

— Имя знаешь?

— Клином кличут. Другого имени не слыхал.

— Где искать?

Фёдор назвал улицу и, останавливаясь через каждые несколько слов, объяснил, как найти дом. Макар уточнил, с какой стороны вход, где окна, живёт ли Клин один.

— Со двора ходит, — добавил Фёдор. — Там калитка. Я его до неё и довёл… сам он меня не видел.

— А князь где?

— Теперь не знаю. Паспорт у него, уехал поди…

Он сглотнул и перевёл взгляд на меня.

— Только вы не думайте, что уехал — и всё. Рябой ещё здесь.

— Кто такой Рябой? — напряглась я

— Душегуб, да ещё какой, опасный он, — тихо отозвался парень. — Я его прежде никогда не видел… Но в определённых кругах он известная личность.

— Приметы какие-нибудь тебе известны? — наклонился к нему дядя Михаил.

— Только и знаю, что лицо у него рябое, после оспы. И не тратьте время на поиски его жилья. Рябой, что ртуть. Сегодня тут, завтра там.

— Князь приказал этому Рябому меня убить? — уточнила я, откидываясь на спинку стула.

Фёдор отвёл глаза.

— Да. Горчаков сказал так: последнее дело осталось, с графиней покончить… Если вы схватите Клина и сможете его разговорить, то есть шанс поймать и Рябого.

Мы с Макаром многозначительно переглянулись.

— Что ты рассказал Горчакову про нас? — уточнил Еникеев.

— Что охраны много и часть прячется.

— И про мою Ангару доложил? Впрочем, наверняка, — криво улыбнулась я.