Книга Графиня Оболенская. Мосты в будущее, страница 128 – Айлин Лин

— Наконец-то! — произнёс он вместо приветствия. — Я уже решил, что с получением диплома старики тебе стали без надобности.

— Как раз наоборот, Станислав Валерианович. Теперь мне особенно нужны люди, способные вовремя указать на ошибку, — заверила его я.

— Тогда отчего же ты так редко приезжаешь, Александра Николаевна? Ошибок, стало быть, не делаешь?

— Делаю, иногда весьма обидные, — вздохнула я.

— Вот это уже интересно. Садись.

Он пожал мне руку, поздоровался с Мотей и велел поставить для неё стул у окна.

Я, устроившись в кресле напротив, внимательно поглядела на хозяина.

— Хорошо выглядите, Станислав Валерианович.

— Опыт у нас в море, потому кончины моей пока не ждите, — фыркнул он, садясь за свой стол. — Ну-с, рассказывай. Или сперва спросишь о наших утопленниках?

— Да, — кивнула я, — как поживают кубики?

Старик оживился ещё сильнее.

— Отмокают, как им и положено. Белелюбский прислал новые ведомости, сейчас покажу.

Он откинул лежавшую сверху газету и безошибочно вытащил из стопки бумаг тонкую папку. По тому, насколько близко она лежала, я поняла: заглядывает он туда часто.

Клети с помеченными образцами давно опустили в морскую воду у форта. В лаборатории оставили такие же составы для сравнения в пресной. Чистый портландский цемент, смеси с трассом, с цемянкой разного помола, известково-пуццолановый раствор. Всё, как мы предусмотрели в программе.

Кербедз раскрыл ведомость и указал на столбцы.

— Вот результаты осмотра и взвешивания. Белелюбский уверяет, что порядок соблюдён в точности. Я ему написал, чтобы не смел беречь меня от неудачных сведений.

— И есть неудачные?

— Пока только цифры, голубушка. А если серьёзно, будем удачи и неудачи объявлять, когда срок подойдёт.

Я встретила его лукавый взгляд и тоже улыбнулась.

— Знала бы ты, как мне иной раз самому хочется потребовать, чтобы вытащили хоть по одному да сунули под пресс? — продолжил он. — Но программу утвердили на год, посему будем держаться.

Я кивнула и просмотрела записи. Замечания были короткими и обстоятельными. Работа шла, а это главное.

— Только ты, Александра Николаевна, не думай отделаться одним годом. Если получится что-нибудь путное, заложим новые серии. Пропорции изменим, а лучшие образцы оставим ещё на год, чтобы посмотреть, что с ними сделает вторая зима.

— Значит, планы у нас долгоиграющие, — хитро прищурилась я.

— У меня, во всяком случае, да, — старик довольно пригладил тонкие седые волосы и посмотрел на футляр, который Макар поставил возле двери. — А теперь показывай с чем приехала. Не ради кубиков же ты такую трубу везла.

Я поднялась, вынула чертежи и попросила разрешения освободить часть стола. Кербедз немедленно сдвинул газеты и журналы.

— Сюда давай, тут свет получше.

Первым я развернула общий вид: две стальные арки легли поперёк голубой полосы Невы. Между ними оставался широкий разводной пролёт. На этом экземпляре Щусев особенно тщательно выполнил отмывку, и мост выглядел настоящим, даже объёмным.

Кербедз, увидев чертёж, смолк. Не отрывая глаз от листа, нащупал очки, водрузил на нос и склонился над изображением.

Я терпеливо ждала.

— Твой конкурсный? — спросил наконец.

— Это копия. Подлинный комплект уже принят.

Он понятливо кивнул и провёл пальцем по двум речным опорам: