Книга Секретарь дракона, страница 81 – Алекс Мара

— А как же ты? Что будет с тобой? — Очень хочется остаться равнодушной и требовательной, но я почему-то не могу не волноваться о судьбе Рейна. — Ведь ты должен был поехать к оборотням и договориться с ними, а я должна была тебе помочь.

— Ты хочешь мне помочь? — Не особо дожидаясь ответа, продолжает. — Раз не хочешь, тогда не спрашивай. Твоя взяла, Алекса. Мы направляемся в Вербену.

51

Наш путь снова лежит к пограничным землям, на нейтральную территорию.

Мы почти не разговариваем. Я доверяю Рейну хотя бы в том, что, если он пообещал доставить меня в Вербену, то так и сделает, поэтому теперь планирую последующие действия. У меня есть хорошие друзья, среди них имеются и маги. Это будет большой проверкой для нашей дружбы, если я попрошу их помочь забрать моих родных у военных. А дальше мы с родителями и Кнопочкой отправимся прямиком к оборотням. Там у меня тоже есть знакомые. Надеюсь, они помогут.

Честно говоря, так себе план, однако другого пока что нет. И не совсем понятно, где я смогу достать деньги. В мою квартиру возвращаться нельзя, за ней наверняка следят. У родителей денег немного. Придется занимать у друзей, зная, что, возможно, не смогу отдать долг какое-то время.

Вдали маячат горы Кара-о’лей, и меня пробивает неприятная дрожь.

— Тебе было страшно без меня? — спрашивает Рейн тихим голосом, не глядя на меня.

— Да, мне было страшно. — Не считаю нужным врать и притворяться.

— У меня никогда не было женщины, с которой я… общался как с равной. Я… не умею так. — Усмехается. — Думаю, ты это заметила. Я вообще обычно не общаюсь с женщинами, по крайней мере не на словах. А в остальном… я привык к абсолютному повиновению моих воинов и подчиненных. Если бы я приказал одному из них сидеть на камне и не отходить ни на шаг, он бы не посмел нарушить приказ, что бы ни происходило вокруг и как бы долго я ни отсутствовал. Кроме того, моим воинам не дозволяется задавать вопросы и любопытствовать. Если я куда-то их отправляю или веду, они следуют за мной, моментально выполняют все приказы и… не болтают. Если я считаю нужным что-то объяснить, они слушают, но зачастую мы выполняем миссии, которые остаются для них тайной. Они следуют моим приказам день и ночь, так до конца и не понимая, почему и зачем. Для нас это нормально и привычно, а с тобой так… не получалось. — Посмеиваясь, смотрит на меня. — Сначала я не мог понять, почему ты ведешь себя так странно и не подчиняешься, да еще постоянно задаешь вопросы. Ты отказывалась считать себя моей подчиненной и не вела себя, как мои воины. Я к этому не привык. Стараюсь быть мягче, но, когда случается что-то непредвиденное, мне легко сорваться.

Если не ошибаюсь, это самое длинное и лихо закрученное извинение, которое я когда-либо слышала. Помимо воли уголки моего рта приподнимаются в улыбке. С Рейном все чувства очень яркие. Досада и обида горят огнем, а радость попадает прямо в сердце и посылает тепло по всему телу. Никогда такого не испытывала.

— Значит, ты считал меня своим воином? Я так и знала, что ты был впечатлен моими боевыми навыками! — посмеиваюсь. После услышанного мне кажется, что я намного лучше понимаю Рейна — его недоговорки, возмущения и требования.

Рейн почему-то хмурится, осматривается по сторонам, оглядывается.