Книга Драконова Академия. Книга 5, страница 62 – Марина Эльденберт

Я почувствовала себя неживой, неспособной шевелиться, говорить, сражаться за себя. А в следующий момент к моим губам поднесли флакон:

— Пей.

И я покорно пила сладковатую вязкую жидкость, на вкус напоминающую чрезмерно горчащий кленовый сироп. Прошло несколько минут прежде чем Валентайн снял заклинание, но у меня уже шумело в ушах. Теперь не так, как прежде, к этому шуму добавилась жажда и жар, тянущий жар в самом низу живота, от которого хотелось не то сдвинуть ноги, не то наоборот развести и ласкать себя, чтобы унять это жгучее, идущее по нарастающей ощущение.

В тот момент я была как никогда близка к тому, чтобы себя коснуться: даже несмотря на присутствие Валентайна, даже несмотря на то, что это будет его победа, но в этот момент двери в Малый тронный зал распахнулись, и туда хлынули темные. В таком количестве я их видела только когда Адергайн собирался устроить им секс-представление, а может быть, сработала теория относительности.

В смысле, зал был меньше, поэтому мне казалось, что темных много.

И все смотрели на меня. Валентайн опять спихнул меня на пол, к своим ногам, но дело было даже не в этом. Не только в этом. Полупрозрачное платье почти не скрывало ставших острыми от возбуждения сосков, не скрывало и треугольника между ног: хотя я подтянула бедра к себе, вряд ли это кого-то могло обмануть.

Меня шатало в нарастающем жаре желания, и я смотрела на подходящих мужчин, как на желанную добычу. Как на тех, кто может помочь мне справиться с тем, что происходит внутри, снаружи, как на тех, кто избавит от напряженной тянущей пульсации между ног. Воздух казался вязким, раскаленным, а я сама превратилась в какой-то комок возбуждения.

Которое нарастало и нарастало с каждой минутой.

Валентайн о чем-то говорил с подходящими, но я едва разбирала слова, они превратились в какой-то ничего не значащий гул, мерзкий, раздражающий, не способный утолить мою жажду. Я сжимала губы, цепляясь ногтями за камень под ладонями, чтобы не начать тяжело дышать через рот.

Но мужчины все равно смотрели. Они все пялились на меня, хотя старательно делали вид, что решают какие-то важные вопросы. Их взгляды скользили по моей груди, а мне хотелось кричать, потому что это были всего лишь взгляды. Мне отчаянно не хватало прикосновений: диких, порочных, пусть даже жестких, болезненных, лишь бы они меня касались.

Кто угодно. Любой из них.

Я держалась каким-то чудом, и все это время у меня то темнело перед глазами, то наоборот, полыхало яркими вспышками.

Не знаю, сколько это продолжалось, но к моменту, когда поток желающих пообщаться с Валентайном иссяк, а ряды темных начали редеть, я едва ли могла идти. Мне казалось, если я сейчас не получу разрядку, просто умру. Все мое тело было покрыто капельками пота, не говоря уже о том, что творилось там, внизу. Когда двери с лязгом закрылись за последним посетителем, он наклонился ко мне и взял меня за подбородок.

— Тебе достаточно просто попросить, Лена, – произнес он.

Мне хотелось послать его к Лозантиру. А лучше – еще подальше, но я превратилась в животное. Это была не та темная часть, которая откликалась на его грубые ласки, это было нечто вообще незнакомое, жаждущее, готовое на все, лишь бы тело перестало сгорать в этом огне. Я потянулась ладонью к бедрам, но Валентайн снова перехватил мои запястья.