Книга Попаданка. Мой гарем — мои правила, страница 15 – Вика Пламя, Алёна Червоная

Я сжала кулаки и поклялась, что завтра она перестанет смеяться. Навсегда.

Я не спала всю ночь.

Мы тренировались до рассвета — в тёмном зале, где эльф учил меня держать меч, а рыцарь показывал, как уклоняться от удара. Орк стоял в стороне и смотрел. Он не тренировался. Он просто смотрел на меня. И в его глазах было что-то, от чего у меня пересыхало во рту.

К утру я едва держалась на ногах. Мышцы горели, ладони были стёрты до крови, а между ног всё ещё пульсировало воспоминание о вчерашнем. О том, как я ласкала себя, глядя в его глаза. О том, как он смотрел. О том, как он не посмел прикоснуться.

Мы вышли на арену, когда солнце только поднялось над горизонтом. Арена была огромной — круглая площадка из утрамбованной земли, обнесённая высоким каменным забором. На трибунах сидели женщины. Много. Все в тёмных платьях, все с холодными лицами. Они смотрели на нас, как на мясо. И я чувствовала их взгляды.

Леди Ирма сидела в центре. В первом ряду. Улыбалась. Рядом с ней на коленях стояли четверо рабов. Все — мужчины. Все — обнажённые. Все — в ошейниках. Я видела кровь на их бёдрах. Свежую. Они уже получили свою порцию боли. И теперь ждали, когда мы выйдем на арену.

— Графиня Анна, — сказала леди Ирма, поднимаясь. Голос был громким, хорошо поставленным. — Я рада, что ты пришла. Я уже начала думать, что ты струсила.

Я не ответила. Я смотрела на её рабов. На их тела. На их глаза. Пустые. Мёртвые. И понимала, что если я проиграю — мои будут такими же. Или хуже.

— Правила простые, — продолжила леди Ирма. — Твой гарем против моего. Пока один из вас не сдастся. Или не умрёт. — Она улыбнулась. — Ты можешь использовать магию. Я тоже. Всё честно.

Она махнула рукой. Её рабы поднялись. Четверо. Огромные. С кнутами. С ножами. С глазами, в которых не было ничего, кроме приказа.

— Начинайте, — сказала леди Ирма.

И всё началось.

Рыцарь рванулся вперёд. Меч, который он держал в руке, сверкнул на солнце. Орк зарычал и бросился на ближайшего раба — с голыми руками, потому что ему не дали оружия. Эльф отступил назад, в тень, и я поняла, что он ждёт. Что он не собирается драться в открытую.

А я стояла. Смотрела. И чувствовала, как магия — та самая, которая едва теплилась во мне — начинает пульсировать. Медленно. Горячо. Она хотела выйти. Хотела питаться. Болью. Кровью. Страхом.

Рыцарь дрался, как зверь. Он был быстр, точен, беспощаден. Один из рабов леди Ирмы упал с распоротым животом. Второй отступил, прижимая руку к разрубленному плечу. Но третий — самый большой — ударил рыцаря кнутом по лицу. Кровь брызнула. Рыцарь пошатнулся.

Орк схватил четвёртого раба за горло. Поднял. Тот хрипел, дёргался, царапал воздух. Орк сжал сильнее. Что-то хрустнуло. Тело обмякло. Орк отбросил его в сторону, как тряпку.

Леди Ирма не двинулась. Она смотрела. Улыбалась.

— Неплохо, — сказала она. — Но недостаточно.

Она подняла руку. И я почувствовала, как что-то ударило меня в грудь. Магия. Её магия. Холодная, острая, как нож. Я пошатнулась. В глазах потемнело.

— Госпожа! — крикнул эльф.

Он бросился ко мне. Но не успел. Леди Ирма ударила снова. На этот раз — по моим рабам. Рыцарь упал. Орк застонал. Эльф замер, как вкопанный.

— Видишь? — сказала леди Ирма. — Твоя магия слаба. Твои рабы не обучены. Ты не Госпожа. Ты — самозванка.