Книга Возвращение, страница 91 – Наталия Мет

Внезапно снежный плен расступился, и Рия почувствовала под ногами укатанную дорогу. Дошла! Снова слёзы побежали по щекам. На сей раз от радости. Сзади раздалось хрипение лошади и приглушённый снегом стук копыт. Рия отшатнулась в сторону. Повозка поравнялась с ней. Бородатый мужчина в тулупе остановил лошадь.

— Матушка, куда тебя нелёгкая несёт в такую непогоду?

— В Усово. Мне надо в Усово, - проговорила Рия онемевшими от холода губами.

— В Усово! Далече. Утром пойдёшь. Садись, я в обитель еду, тебя захвачу. Хоть согреешься.

Рия не стала спорить, а молча забралась в повозку.

* * *

Рия сидела в монастырской трапезной за длинным деревянным столом рядом с послушницами и трудницами. Она с удовольствием поглощала предложенный ей нехитрый ужин. Трапезная была хорошо протоплена. В тепле девушку разморило, она всеми силами боролась со сном.

Сестра Евдокия, окинув внимательным взглядом мешковатое платье из чёрной бумазеи и повязанный низко на глаза тёмный плат вновь прибывшей обитательницы монастыря, поинтересовалась:

— Ты, сестра, я гляжу, и прежде трудницей была. Почто обитель свою покинула?

— Временно, сестра. Дело у меня в Усово.

— Дело? Что ж, на ночлег с другими трудницами в общей келье тебя размещу, а поутру уж как матушка игуменья решит. Захочешь остаться – рады будем. Нам руки в монастырской больнице нужны. Можешь там повинность по трудничеству нести.

Не успела Рия расположиться на ночлег, как сестра Евдокия пришла за ней, чтобы отвести к игуменье. Матушка Стефанида, коротко взглянув на Рию, отпустила провожатую. Девушка подошла к сидевшей на скамье игуменье и склонилась к её руке для поцелуя.

— Временного пристанища ищешь здесь? Или душевную потребность к служению Господу имеешь? – внимательные глаза пожилой женщины пронзили Рию.

— Временного пристанища, досточтимая матушка. В метель я попала, с пути сбилась. В Усово иду. Родственники у меня дальние там.

— Знакома я с графиней Ворониной. Стало быть, дело к ней имеешь? Не стану задерживать, у каждого свой путь. Утром молочник приедет, велю ему до Усова тебя довезти. Ступай. С Богом!

* * *

Рия доехала на телеге до ворот графской усадьбы, постучала в сторожку. Привратник, выслушав странную гостью, послал мальчика в дом узнать, примет ли монашку графиня.

— А Их сиятельство, Илларион Афанасьевич, дома? – поинтересовалась Рия у доброжелательного пожилого мужчины.

— Нет, матушка, уехали вчера утром Их сиятельство. Только барыня одна дома.

Рия закусила губу от досады. Разминулись! А всё Мешков виноват: то это ему надо было уточнить, то то. Девушка собралась было развернуться и уйти, когда прибежал лакей, чтобы проводить посетительницу к барыне. К двухэтажному дому с колоннами вела длинная, прочищенная от снега аллея. Всё в усадьбе дышало покоем и умиротворением. Здесь был какой-то особенный, хрустальный воздух. И поразительная, звенящая тишина.

Отдав салоп лакею, Рия прошла в гостиную, где её ждала хозяйка дома.

— Марья?! - карие глаза графини Ворониной округлились, она встала с кресла и подошла к гостье, необычный портрет которой показывал ей сын. – Стало быть, в самом деле существуешь?

Рия лишилась дара речи от столь странного приёма.

— Здравствуйте, Ваше сиятельство! Мы не знакомы, Марфа Алексеевна, но я видела Ваш протрет. Эмалевую миниатюру.