Книга Бывшие. Она моя дочь?, страница 19 – Света Яц

Родителям Лёши я соврала, что ребёнок от другого. И вроде бы они поверили.

— Мама, а можно я шоколадку съем? — Полина заглянула в комнату.

— Можно, — улыбнулась я.

Полинка радостно ускакала на кухню. А мне стало ещё хуже. Сердце не на месте. Теперь я не знаю, что делать. Молчать и дальше или рассказать всю правду? Как теперь все отреагируют? А если из-за меня их отношения как-то испортятся? Я не хочу этого. Пусть он будет счастлив с другой, и с другим ребёнком…

Маме я решила рассказать всю правду в этот же вечер. Она улыбнулась и сказала, что знала всё с самого начала. И посоветовала мне всё рассказать Лёше, потому что он должен знать о своей дочери. Он должен всё узнать.

Но я не знала, как лучше поступить.

А следующим утром мама умерла. Неожиданно для меня. Врачи же говорили, что она идёт на поправку и лекарства помогают. Я думала, что мама будет жить долго. Но жизнь оказалась совсем непредсказуема.

Сердце разрывается от боли. Мне показалось, что с уходом мамы умерла и я. Тяжело дышать, тяжело ходить. Всё тяжело. Мне хочется лечь на кровать и не шевелиться. Внутри словно что-то оборвалось, словно оторвали часть меня.

Как теперь сказать Полине, что её бабушки больше нет и что она не сможет больше с ней гулять? Дрожащими руками отвела дочь к тёте Люде, шепотом рассказав причину раннего визита. Попросила посидеть с Полиной, пока я буду заниматься похоронами.

У меня больше нет тех, к кому я могла бы обратиться… А они же не чужие нам люди.

Вернулась домой. Села на кухню и начала плакать.

— Мам, я не знаю, что мне делать.

Лёша

— Что? — я даже растерялся. — Соболезную…

Вижу, что у Маши истерика, она плачет не переставая. Прижал к себе и помог успокоиться. Но разговаривать с Машей сейчас бессмысленно. Ей слишком тяжело от утраты. И тут я со своими вопросами, которые будут ворошить прошлое.

Поговорим попозже. Когда Маше станет легче.

— А я думала, что ты уехал, — прошептала Маша охрипшим голосом. Она прижалась к моей груди. — Мне сейчас так тяжело. Руки опускаются.

Я погладил её по спине.

— Всё будет хорошо. Ты справишься. Маш, ты сильная.

Через некоторое время она успокоилась. Я вызвался помочь ей оформить документы и всё остальное. А то видел, что она не в состоянии.

Дина в это время пыталась дозвониться до меня и, когда я ответил ей, потребовала объяснений, почему я вернулся к родителям. Пришлось немного соврать. Ещё сказал, что вернусь только ближе к выходным. Моей невесте, конечно, это не понравилось, и она начала кричать. А потом названивать мне. Пришлось телефон поставить на беззвучный, чтобы не отвлекаться.

Вечером мы с Машей вернулись домой. Полина уже спала в гостевой комнате. Мама обняла Машу и предложила на ночь остаться у нас, если ей тяжело будет находиться в своём доме. Но она отказалась. Попросила присмотреть несколько дней за Полиной. И ушла к себе.

Следующие дни проходили словно в тумане. Я не стал высказывать своё недовольство родителям и не рассказал Маше, что знаю правду о дочери. Ей сейчас и так тяжело. Смерть мамы сильно её подкосила. Постарался как можно больше дать ей поддержки, но понимал, что этого мало.

Полина всё время была рядом с моими родителями. И сейчас, спустя три дня, мы думаем, как сообщить ей о том, что у неё больше нет бабушки. Для маленькой девочки это будет большим шоком. Как и ожидалось, Полина долго плакала и не хотела верить.