Книга Опер. Девочка на спор, страница 113 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Осторожно обрабатывает стертые в кровь запястья. Снова скрипит зубами, напрягаясь всем телом и тяжело сглатывая. Накладывает повязки, быстро целует меня в губы и выводит из ванной сразу на кухню. Тагги развалился на полу как у себя дома. Маша заканчивает накрывать на стол, скармливая стаффу кусочек ветчины.

— Завтра ты его выгуливаешь, — командует Макс.

— Пф! Да ради бога! — Машка подмигивает Тагги. Думаю, он в надежных руках.

Я есть не хочу совершенно, но мне так нравится атмосфера на этой кухне после всей той грязи, через которую я прошла, что уходить никуда не хочется. Мне уютно, как в настоящей семье. Короткие перепалки и приколы брата с сестрой отвлекают от тяжелых мыслей. Не замечаю, как легкий греческий салат исчезает с моей тарелки.

Майор отправляет сестру и Тагира спать, а нам наливает по бокалу коньяка. Протягивает мне сигарету и приглашает к окну, погасив свет на кухне.

— Только в виде исключения, — притворно хмурится, помогая прикурить. Я не спорю. Вообще, кажется, что согласна на все его условия, лишь бы эта реальность не исчезла.

Мы молча пьем крепкий алкоголь с мягким, приятным послевкусием. Синхронно тянем в себя никотин и смотрим во двор.

Отставив свой бокал и потушив сигарету в пепельнице, Макс встает у меня за спиной. Обеими руками обнимает за талию, целует в плечо и кладет на него подбородок.

Так и стоим, пока тепло наших тел снаружи и от коньяка внутри окончательно не расслабляют. Глаза закрываются, зеваем чаще, тихо смеясь друг над другом. Марьянин снова берет меня за руку и ведет за собой в спальню. В его спальню. Сколько здесь было женщин до меня?

— Никого, — шепчет на ухо Макс, словно прочитав мои мысли, и усмехается. — Даже сестру не пустил.

Решаю не комментировать. Мне в любом случае все равно, но все же немножко приятно. Ложимся под одно одеяло. Я молча прижимаюсь к нему всем телом, обнимая чуть ниже ребер и устроив голову на плече.

Неужели со мной тоже может быть вот так?

Я подумаю об этом завтра, а сейчас мне хочется просто быстрее отключиться, чтобы утром проснуться рядом с Максом и поверить в свое новое настоящее.

Очень непривычно просто быть дома и ничего не делать. Даже маленькая Маша всё время в движении. А у меня пока официальный отпуск, который плавно перетечет в увольнение со службы.

Это очень странно — жить так медленно. Уже вторую неделю единственный, за кем я бегаю, это Тагги. Ну или он за мной. Зависит от ситуации на наших прогулках. Никаких подвалов с наркоманами, алкашей, трупов. Теперь они существуют только в рассказах Макса, когда он уставшим возвращается с работы.

Иногда мне снится один и тот же сон: Макс отдает мне пистолет, и я не трушу, сама стреляю в лоб своего Монстра. Просыпаюсь в холодном поту, но тут же оказываюсь в объятиях крепких рук.

Убивать людей сложно и страшно. Даже во сне. Даже если они не люди. Для меня эти сны как напоминание, что его больше нет. По-настоящему нет. Он побежден, уничтожен и больше никому не причинит зла. Все остальное будто закрылось за специальной дверью с тяжелыми амбарными замками. Внутренняя защита активирована. У организма снова появляются на это ресурсы.

Но как же сложно просто жить!

Вставать, готовить завтрак на нашу маленькую забавную семью из трех человек и одной толстой задницы с умными глазами. Бросать курить под ворчание майора. Вытирать пыль с полок, заправлять в стиральную машину мужские рубашки, пропитанные особенным запахом тела и парфюма. Рисовать… На альбомных листах стали появляться яркие цвета. Мои работы будто задышали вместе со мной. И я начала улыбаться. Осторожно, украдкой, но совершенно искренне, разжимая внутри себя одну натянутую пружинку за другой.