Книга Стану твоей проблемой, страница 36 – Анна Бигси

— Помню, как мы с сестрой однажды заблудились в лесу. Мы тогда на даче были. Родители решили устроить пикник, а мы пошли гулять и потеряли дорогу. Я тогда думала, что больше никогда не выберемся.

Я слушаю ее голос, ловлю каждое слово. Она говорит спокойно, но в этом спокойствии прячется детский страх, воспоминание о растерянности.

— И что было дальше?

— Мы прятались за деревьями, как будто от кого-то убегали. Потом сестра сказала, что слышит голос отца. Я сначала не поверила, но она уговорила меня пойти на звук. Оказалось, что нас искали всей семьей. После этого случая я долго боялась даже за порог выйти. Но сестра всегда знала, как меня успокоить. Она говорила, что вместе мы всегда найдем дорогу.

Её история ложится на меня теплом. В этом моменте что-то щелкает внутри. Мне хочется сказать что-то свое, словно мы обменялись паролями доверия.

— У нас тоже были свои приключения. Мой отец, несмотря на все деньги, не любил, когда мы расслаблялись. Он считал, что я должен научиться выживать в любых условиях. Однажды он отправил меня в поход с его знакомым инструктором. Думал, что я сдамся на второй день.

— И как ты справился?

— Как видишь, жив. Хотя тогда думал, что замерзну к чёртям собачьим. Две ночи в палатке, промокшие ботинки и никакой связи. Но это многому научило. Например, что всегда стоит проверять оборудование перед тем, как куда-то отправляться.

Ее взгляд меняется. Улыбка становится теплее, глаза светлеют. Этот простой момент почему-то становится для меня важнее, чем все те испытания, что были раньше. Простое человеческое тепло. Оно медленно, но уверенно пробивает лед, который я выстроил вокруг себя.

— Знаешь, иногда кажется, что такие испытания нужны. Они помогают понять, кто ты на самом деле, — говорит Даша, глядя мне в глаза.

Я молча киваю. Она права. Такие моменты сближают. Незаметно, но прочно. И опасно.

— А что будет, если нас не найдут? — тихий шепот расползается по комнате.

— Найдут, — уверенно отвечаю я. — Игнат сделает все возможное и невозможное. Данные я ему отправил.

Правда телефон садится. Но об этом решаю умолчать, чтобы не пугать её ещё больше. Даша кивает. Я крепче обнимаю ее. Холод не отступает, но что-то другое теперь согревает меня изнутри. Это ощущение не стирается. Близость этой девушки становится слишком важной. И слишком рискованной.

Темнота сгущается быстро. Ветер завывает за стенами домика, заставляя доски скрипеть и дрожать. Я кутаюсь в плед, но он не помогает. Холод пронзает всё тело, заставляя дрожать до судорог. Марат возится у старого очага, пытается развести огонь. Искорки мелькают в полутьме, но дрова отсырели и не хотят загораться. Наконец ему удается разжечь слабое пламя.

— Лучше так, чем ничего, — бормочет он, двигая диван к очагу и снова присаживаясь рядом.

Мы сидим у огня, но тепло доходит едва-едва. Воздух остается пронизывающе холодным. Мои пальцы немеют, я пытаюсь потереть руки, но это мало помогает.

— Телефон, сука, не выдержал испытания, — произносит Марат после долгой паузы. — Все равно замерзнем, если так продолжится.

— Есть идеи получше?

Он поворачивает голову ко мне. Взгляд пронзительный, серьёзный, проникает прямо в душу. В этом взгляде нет ни намека на шутку.

— Греться друг об друга, — его голос звучит вкрадчиво и вызывает лавину мурашек на коже. — Это единственный способ.