Книга Дочка и отец-одиночка, страница 28 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Я выхожу из здания отдела и улыбаюсь, подставляя физиономию теплому солнцу. У нас лето уже фактически закончилось, а тут ещё хорошо и тепло. Прикуриваю сигарету и тут в кармане начинает вибрировать телефон.

— Метелин, слушаю.

— Добрый день, Кирилл. - Голос ровный, спокойный и мне не знакомый. - Меня зовут Виталий Нелюбин. Мы можем встретиться?

— С какой целью?

— Обсудить будущее Тоси.

Лед пробегает по спине. Я медленно выдыхаю дым, пытаясь сосредоточиться и уловить суть.

— А ты, собственно, кто?

— Я жених Полины Царапкиной.

А-а-а-а Виталик собственной персоной. Как интересно.

— Ясно.... Ну, давай встретимся.

— Здесь недалеко парк. Я скину точку. Приходи, я там.

Отбрасываю окурок в сторону и иду по навигатору. Благо недалеко. Через десять минут вхожу в главные ворота парка. Кругом люди, дети, животные. Шумно и весело, а я напрягаюсь от такой суеты.

Виталий стоит у фонтана. Узнаю его сразу же, хоть ни разу не видел. Высокий, в дорогом костюме, руки сложены перед собой. Ботинки начищены до зеркального блеска, галстук идеально подобран. Все кричит: «Я важный, я педантичный, я лучше тебя».

Подхожу. Он протягивает руку, я пожимаю, чуть сильнее, чем нужно. Его пальцы холодные, как его голос.

— Что ты хотел, Виталий Нелюбин? - спрашиваю прямо.

— Я не буду ходить вокруг да около, - он вопросительно приподнимает бровь, словно ждет одобрения.

— Ну, естественно. Давай сразу к делу.

Он делает паузу, будто репетировал эту фразу перед зеркалом.

— Я хочу, чтобы ты удочерил Тосю.

Смеюсь. Это звучит слишком абсурдно.

— Даже так? - всё ещё улыбаюсь. - Но твоя невеста хотела обратного.

— Я в курсе, - ни одной эмоции не проскальзывает. - Но всё же считаю, что ребёнку будет лучше с родным отцом.

— Это ещё надо доказать.

Он достает из внутреннего кармана пробирку с чем-то похожим на ватную палочку и протягивает мне.

— Поэтому я принес биоматериал. Сделай ДНК-тест.

Я беру и задумчиво кручу в руках.

— Подожди, я что-то не понимаю. Зачем тебе это? Ну, если по-честному.

Его глаза становятся чуть уже, а лицо острее. Он вообще похож на лощеного крысеныша.

— Я политик. Мне не нужны левые дети, ещё и с непонятной наследственностью.

— Слышь ты, наследственность... - мгновенно вскипаю, хватаю его за грудки и встряхиваю.

— Ничего личного, - сразу же выкручивается Виталий. - Я заплачу.

— Сколько? - расплываюсь в издевательской усмешке.

— Ну, скажем, полмиллиона. Устроит?

В школе ещё нет детей, но у нас уже началась работа. Мы готовимся к новому учебному году, составляем планы, проводим собрания по разным поводам. Недавно нам прислали новые методички. Вот, сегодня с утра разбирались. Теперь сидим в учительской, пьем кофе. Наши молоденькие педагоги щебечут и смеются, что-то рассматривая в телефонах. Старшее поколение смотрит на них с осуждением, не желая признавать, что время изменилось и увлечения тоже. Не докажешь. Никто и не пытается, на ворчание старых педагогов, оставшихся на работе после оформления пенсии, давно не обращают внимание.

— Поль, ты платье выбрала? - Рядом со мной присаживается секретарь нашей школы, Дарина Михайловна. Темненькая, с кудрявым коротким хвостом и светлой улыбкой.

Нас можно назвать подругами, что не очень нравится Виталику. Он просит меня подружиться с женами его коллег, но пока у меня не получается это сделать. Иногда я думаю, что мы с ними с разных планет, а жених считает, что мне нужно развиваться и тогда я дотянусь до них. Знал бы он, о чём разговаривают эти женщины на своих светских раутах.