Книга Я тебя не предавал, страница 142 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Становится как-то не по себе от его тона. Земля под ногами начинает шататься. Мне уже не нравится то, что я могу услышать.

— Господи, не пугай ты так, — меня начинает потряхивать.

— В общем, — опускает глаза, стискивая мою ладонь. Опять поднимает свой пристальный взгляд. — Я знаю про твою беременность…

Давлюсь воздухом. Сердце делает кувырок. Доли секунды хватает, чтобы сообразить, что он имеет в виду, и разогнаться в своих догадках.

— Нет, только не говори, что тебе хватило наглости залезть в мою медкарту? — нервно выдёргиваю руку, опуская под стол на колени, сжимая кулаки.

Наши взгляды встречаются, воздух начинает трещать от напряжения. Не выдерживаю, вскакиваю на ноги и отхожу к окну, увеличивая расстояние между нами.

— Родная, я должен был убедиться, что с тобой всё в порядке, — глухо произносит он.

— Ты обалдел?! — меня аж подкидывает от возмущения. — Это такая веская причина копаться в моём личном? А как же врачебная тайна?

— Я не врач, — отвечает достаточно резко.

— Ты бессовестный и беспринципный эгоист! — чеканю каждое слово, вкладывая всю свою злость.

— Да, я такой, — он поднимается на ноги и приближается ко мне.

Могу уйти, но почему-то остаюсь стоять на месте, глядя на него как заворожённая.

— И ты не прав, — тыкаю пальцем в его грудь, мгновенно теряя весь запал, как только он оказывается рядом.

— Спорный момент, — Паша обнимает меня, утыкаясь носом в висок. — Я защищал свою любимую женщину. И знаешь, Ведьма, ты прекрасна в гневе, — нежно гладит большим пальцем по щеке и так смотрит, что у меня подкашиваются коленки.

— Поэтому ты меня злишь? — шепчу я.

— Нет, конечно. Хочешь я извинюсь? — хитро улыбается, а его ладонь пробирается под футболку и нагло хозяйничает там.

— Как? — непонимающе хмурюсь. Голова кружится от его ласк, низ живота наливается жаром. Медленно соображаю, о чём он, и вспыхиваю как школьница.

— Ты так смешно краснеешь, — «издевается» этот гад, сжимая мои ягодицы.

— Сволочь! — шутливо стукаю его кулаком по плечу.

Павел смеётся, укутывая меня своими надёжными объятиями.

— Я понимаю, что не имею права о таком просить, но… — начинает говорить Ворон и спотыкается на полуслове, — ты уверена, что хочешь оставить ребёнка от этого ублюдка?

Невольно напрягаюсь и отстраняюсь, заглядывая ему в глаза.

— А если никакого аборта не будет? — пристально наблюдаю за ним, пытаясь считать эмоции.

Тяжёлое дыхание и играющие желваки на лице Павла выдают его нервозность.

— Я приму любое твоё решение, — наконец выдыхает Павел. — Постараюсь полюбить этого ребёнка, как своего. Но ты же врач, ты должна понимать, что гены…

Но я слышу совершенно другое.

— Ты готов принять ребёнка Асада? — удивлённо округляю глаза.

— Родная, я не готов отказываться от тебя! И если придётся заплатить такую цену, значит, я её заслужил.

Смотрю на него, улыбаюсь. Всё же есть настоящие мужчины, и один попался мне. Не могу его больше мучить.

— Паш, я не беременна, — жду его реакции.

— То есть как? — взъерошивает пятернёй свои волосы и непонимающе хлопает глазами. Смешной такой сейчас.

— Я делала уколы на протяжении всей нашей совместной жизни с Асадом, чтобы исключить беременность. А это был просто гормональный сбой. Нервы, недосып и всё такое, — разъясняю ему.

— А это не опасно? — хмурится он.