Книга Ты меня вспомнишь, страница 30 – Анна Бигси

— Как ты себя чувствуешь? — Алексей подходит ближе и присаживается на стул. — Любушка, где карта?

Голос вкрадчивый. Говорит что-то еще, но уже не мне, а медсестре. А я, как придурочная, смотрю на его губы и нервно сглатываю. Они пухловатые, чувственные и четко очерченные. Неужели я целовала их? Однозначно. Я помню эти ощущения. У меня самой губы начинают гореть огнем, а сердце гулко бьется в груди, каждым ударом отдаваясь в ушах.

— Хорошо, — выдыхаю и вновь отвожу взгляд. Нельзя на него смотреть. Шарашит не по-детски, а разнообразные картинки мелькают в сознании. Яркие и насыщенные. Но что из них правда, а что только что придуманная фантазия, я не знаю.

— Мне нужно тебя осмотреть, — говорит он, словно змей-искуситель. Это все мое больное воображение. Врач ведь не станет позволять себе распускать руки в отношении пациента? Слабое утешение, но другого нет.

— Пожалуйста, — откидываю одеяло, переворачиваюсь и сдаюсь во власть Алексея.

Его ладони такие мягкие и нежные. Скользят по моему телу. Шея, плечи, спина. Мягко массирует подушечками пальцев, а я утекаю в другую реальность.

— Как твоя память?

С трудом удается улавливать нить разговора.

— Без изменений…

Он переворачивает меня на спину и гладит ноги. Начинает со ступней и постепенно поднимается выше. Ловлю его жадный, глубокий взгляд и перестаю дышать. Мои щеки пылают, а внизу живота образуется тяжесть. Черт, теку от его касаний и едва сдерживаюсь, чтобы не застонать. Стыдоба-то…

— Все отлично, — хмыкает Алексей и лукаво улыбается, запуская стаю бабочек у меня груди.

Записывает что-то в карту и возвращает медсестре.

— Идите, Люба. Дальше я сам.

— Уверены? — Она недовольно смотрит на меня и поджимает губы.

— Абсолютно. Полина меня не съест, — наклоняется ко мне и чуть тише продолжает: — Не съешь же?

— Я постараюсь, — прыскаю со смеху.

Люба испепеляет меня взглядом, я даже чувствую, как на голову летят проклятия. Уж не влюблена ли она в своего босса? Очень похоже. А я? Черт его знает.

Мы остаемся вдвоем. Я и он. Едва дышу и не знаю, как себя вести. Алексей отходит к окну и молчит, а я просто рассматриваю его фигуру. Моя голова как дом советов. Там буквально проходят митинги. Но я вспоминаю. Сразу много. Кусками и обрывками, но постепенно все выстраивается в нужном порядке.

Алексей тяжело вздыхает и зарывается пальцами в волосы.

— Что-то не так? — осторожно интересуюсь я.

— Я и сам пытаюсь это понять, — разворачивается ко мне, складывает руки на груди и внимательно рассматривает.

— И как успехи?

Чувствую себя очень неуютно, но стараюсь скрыть нервозность.

— Да черт его знает, — хмыкает Алексей и неопределенно пожимает плечами.

— Оптимистично.

— Не то слово. — Его взгляд становится тяжелее, а голос тише. — А хочешь я расскажу тебе одну историю?

Ничего себе заявочка.

— Зачем? — настораживаюсь я.

— Да так просто… — Лукавая улыбка трогает его губы. — Чтобы время скоротать и поболтать.

Где-то подвох. Очень остро его чувствую, но пока еще не вижу.

— О чем история? — тоже складываю руки на груди.

— О моем самом экстремальном знакомстве с девушкой.

Кажется, я понимаю, куда он клонит.

— Вот как, — хмыкаю я, пряча улыбку. — Заинтриговал.

Алексей на мгновение задумывается и проходится по кабинету.

— Отсыпаюсь я, значит, после сложной операции. Никого не трогаю. Слышу звонок в дверь. — Он поворачивается и ловит мой взгляд. — Гостей не жду и просыпаться не собираюсь. У меня выходной как-никак. Но кого это волнует.