Книга Красавица и чудовище, страница 433 – Анна Бигси, Клэр Вирго

Прошлого это не меняло. Ирина Борисовна никогда не говорила о том, что сделала, даже теперь. Ни о сговоре с Максимом, ни о тех годах, когда не отвечала Лизе, прекрасно зная, что та пытается найти Женю. Лиза не ждала от этих встреч извинений. И все-таки каждый раз собиралась рассказать мужу, а дома находила повод подождать еще день.

— Ты просила посмотреть фотографии, — сказала Ирина Борисовна, подавая Любе конверт. — Вот эта мне нравится больше остальных.

Люба вынула снимок за уголок. Маленький Женя сидел на ступеньках, держа один конек на весу. Шнурок у него волочился по полу. Он смотрел куда-то вниз, нахмурившись, и совсем не знал, что его снимают.

— Он сам завязывал?

— Сам. Развязалось сразу, как встал. Пришлось ему сесть обратно.

Люба положила рядом фотографию, которую дал Андрей, и немного подумала.

— Возьму эту. Тут он еще не умеет. У меня на моей тоже закладка вверх ногами, я только вчера заметила.

Ирина Борисовна улыбнулась. Лизе на мгновение стало легче. Эта улыбка предназначалась только Любе, и впервые за весь разговор никому не надо было решать, что за ней стоит.

— А папе можно показать? — спросила Люба.

Лиза уже собиралась ответить, когда дочь вдруг подняла глаза и махнула кому-то через стекло.

Алекс стоял у входа. В одной руке телефон, в другой ключи. Он заметил Любу, кивнул и открыл дверь.

Лиза вскочила, задела коленом стол. Ирина Борисовна поднялась следом.

— Женя, — выдохнула она.

Он остановился у стола. Взглянул на нее и коротко кивнул.

— Добрый день.

Ирина Борисовна осталась у стола. Алекс повернулся к Любе, которая уже протягивала ему обе фотографии.

— Пап, это правда ты сам зашнуровался?

Алекс посмотрел на снимок. Уголок рта у него дрогнул.

— Сам. А вот этот узел меня предал.

Люба засмеялась. Лиза сжала в руке ремешок сумки. Еще утром можно было рассказать ему все. Вчера вечером тоже.

— Дома поговорим, — строго сказал Алекс.

Она послушно кивнула.

Ирина Борисовна потянулась к конверту, потом передумала.

— Возьми оба, — сказала она Любе. — Вернешь, когда захочешь.

Дочь поблагодарила ее и очень бережно убрала фотографии в сумку. Алекс помог Любе надеть куртку, подождал у двери, пока она попрощается, и вышел следом за ними. Больше к матери не обернулся.

Дома Люба убежала наверх, а Лиза так и осталась в прихожей с сумкой на плече.

— Жень, прости меня, пожалуйста. Я тебе еще вчера хотела сказать. И до этого тоже. Она несколько раз просила о встрече, я сначала отказывала. Люба все время была со мной, я ее одну не оставляла. Я знаю, что надо было поговорить с тобой, просто…

— Лиз, я что, по-твоему, идиот?

Он вздохнул и покачал головой. Снял сумку с ее плеча, поставил на пол.

— Люба месяц назад спросила, почему я не звоню бабушке Ире. Потом рассказала, как они выбирали закладку и что ты сидела с ними. А сегодня прислала фотографию конька и написала, где вы. Я думал, ты сама мне скажешь.

Лиза уставилась на него. Он знал целый месяц. Столько раз мог спросить. А она столько же раз могла рассказать.

— Прости меня… Ты обиделся?

— Мне было неприятно, что ты ждешь от меня скандала, — сказал он после паузы. — Я бы предпочел услышать это от тебя. Но я видел, что Люба идет туда с тобой и что ты знаешь, зачем согласилась.

— Я все равно не должна была это скрывать.