Книга Красавица и чудовище, страница 336 – Анна Бигси, Клэр Вирго

— Боюсь, мое мнение тебе не понравится… — осторожно заметила Элис. — Поэтому воздержусь от советов.

— Да я все понимаю и сама! — отчаянно воскликнула Лиза и шумно вздохнула. — Но… — Не смогла подобрать слова и, крепко обняв себя, устремила взгляд вдаль.

Что она могла сделать, если все против нее? Искренне хотела попытаться наладить диалог с Алексом хотя бы ради сына, но все старания пошли прахом. Как теперь быть, не имела ни малейшего понятия.

— Лиз, ты правда подозреваешь Алекса в педофилии? — Вкрадчивый голос Элис мелкими иголочками рассыпался по коже, вызвав неприятные ощущения.

— Что? — Лиза резко развернулась и изумленно посмотрела нее. — Ты с ума сошла? У нас, конечно, напряженные отношения, но не до такой же степени.

— Я так и думала, но обязана была спросить. — Она удовлетворенно кивнула и, нервно постучав пальцами по столу, заключила: — Значит, заявление на Алекса дело — рук Макса.

— Какое заявление?

— На Алекса подали заявление о растлении твоего сына, — равнодушно пояснила Элис и встала. Пора было переходить к главному.

— Господи, ужас какой. — Лиза инстинктивно приложила ладонь к губам, прекрасно осознавая тяжесть этой статьи. — Я не имею к этому отношения.

— Я знаю.

— А Алекс? — Мысли лихорадочно закружились в ее голове. — Он же на меня думает?

— Не думает, — успокоила ее Элис и улыбнулась. — Он, конечно, идиот, но не до такой степени.

— Свежо предание…

— Лиз… — Элис громко вздохнула, собираясь с мыслями и заглянула ей в глаза. — У меня к тебе есть один очень важный разговор. — С места в карьер, отрезая пути к отступлению. — Довольно откровенный.

— Если по поводу Алекса, то… — Лиза напряглась, не зная, чего ожидать. Понимала, что Элис, скорее всего, уже в курсе их разборок, но пока не готова была обсуждать данную тему.

— Нет, не о нем.

— Тогда слушаю.

— Мне нужна только правда, — сразу предупредила Элис, чувствуя, как от волнения сбился пульс и подрагивают кончики пальцев.

— Я постараюсь, — согласилась Лиза, даже не подозревая, о чем пойдет речь.

Тишина, словно облако, окутало их обеих, давая возможность набраться сил перед трудным диалогом. Напряжение, висевшее в воздухе, действовало на нервы. Первой не выдержала Элис. Так и не сумев подобрать правильные слова, сказала в лоб:

— Расскажи мне о Цареве.

Лиза дернулась, как от удара, и перевела на нее ошеломленный взгляд. Могла предположить что угодно, только не это.

— Откуда… — выдохнула она, но не смогла продолжить. Горло сковал судорожный спазм, а сердце болезненно сжалось. Эта тема была очень тяжелой для нее. Никогда и ни с кем не делилась своими воспоминаниями о Жене и не была готова начать.

— Лиз, — Элис ободряюще сжала ее руку, — я обещаю, что отвечу на все твои вопросы, но немного позже. — Старалась говорить как можно мягче и увереннее. Ей нужны были ответы. — Сейчас ответь на мои. Это очень важно.

Лиза долго смотрела ей в глаза и боролась с собой. Привычная боль вновь закручивала в свою мясорубку. Элис просила слишком многого. Окунуться в воспоминания, заново пережить все эти мучения было не под силу.

— Пожалуйста, — настаивала Элис, видя, что она колеблется.

— Хорошо, — хрипло ответила Лиза и, отвернувшись к окну, прикрыла глаза, позволив воспоминаниям перенести ее на много лет назад. — Мы познакомились в спорткомплексе. Я работала спортивным врачом, он был хоккеистом молодежной команды. Молодой, горячий, напористый — он ворвался в мою унылую жизнь и перевернул ее вверх дном. — Лиза не смогла сдержать грустной улыбки. — Я не хотела отношений с ним. Разница в возрасте, разница в мировоззрении и мироощущении, все это было слишком для меня. Пропасть между нами была просто огромной, но его это не остановило, как и мое замужество. Хотя на тот момент я уже подала на развод. Медленно, но уверенно Женя подбирал ключик к моей душе, невзирая на запреты и отказы. — Тяжелые капли неслышно стекали по ее щекам и падали на белоснежную гладь подоконника. — Он смог… он вдохнул жизнь в мое сердце, и с того момента оно билось только для него. Царев показал мне любовь необъятную и чистую, как весеннее небо, подарил мне столько счастья, что его всполохи до сих пор теплятся в моей душе.