Книга Желание на любовь, страница 85 – Галина Колоскова

Вздохнув с облегчением, он кивнул. Нелегко считать сестру лицемеркой, хватит на их семью и одного обманутого обманщика.

— Всё так, не отрицаю.

— Знаешь, что я почувствовала, когда услышала это?

Глаза брюнетки горели гневом.

— Ты воспользовался мной, чтобы отомстить своей подруге за опоздание, за то, что ушла от тебя в тот вечер! — Она усмехнулась. — Раз кто-то должен был подарить тебе невинность, но отказал в этом, ты взял её в другом месте! Не Лесси, так Кэтлин! Ты же знал о моей влюблённости?

Паркер с таким презрением смотрела на Мэтта, что он не стал оправдываться. Не сейчас, когда ярость застилает её разум. Нужно время.

— Знал! — Сработала привычка переговорщика.

— И воспользовался этим. — Голос Кэт стих. На место гневу пришли безмерная усталость и разочарование, очень хотелось плакать. — А потом вернулась Райт — и ты занялся сексом с ней.

— Надеюсь, Райт ты не называл Кэтлин? — снова ухмыльнулась она.

Вуд не стал ничего отвечать: он выжидал.

— Если бы ты знал, насколько больно было слушать гневную речь Одри, которой вы не дали выспаться. Она проснулась от страстных стонов, доносившихся из гостевой комнаты. Ты даже не ушёл в свою спальню…

Мэттью следил за эмоциями говорившей с ним женщины. Уголки губ приподняты — она усмехалась. Однако наполненные болью и презрением глаза плакали. Сердце агента стонало. Он хотел прижать к себе брюнетку и успокоить, рассказать, как было всё на самом деле, но ещё не время. Необходимо дать выход сжигающему её душу гневу.

— Не посчитал нужным? Действительно, зачем марать несколько простыней? Достаточно и одной, вымазанной кровью двух девственниц. Судьба поделила всё поровну, только части оказались неравными. Так я думала через месяц, когда купила тест на беременность, чтобы узнать причину задержки месячных. — Паркер понизила голос и почти прошептала последние слова: — Любовь досталась Лесси, а ребёнок — мне…

Кэт смотрела в зелёные глаза, пытаясь определить, что думает и чувствует Мэтт, но то, что увидела, ещё сильнее взбесило и наполнило гневом. Сочувствие? Он сочувствовал! А ещё читались боль и — что раздражало брюнетку больше всего — любовь! Да как он смел?! Как умело врал… Или не врал? Однако от этого сомнения становились ещё горше.

— Знаешь, что ощущает восемнадцатилетняя девушка, обнаружившая, что беременна от лицемера, назначившего день свадьбы с другой?

Вуд по-прежнему хранил молчание.

— Растерянность, невыносимую боль и гнев от того, что не может обвинить и заставить платить его за обман. — Кэтлин всхлипнула. — Я настолько любила тебя, что не могла никому ничего рассказать. Понимала, что тогда тебе придётся отвечать перед сестрой, родителями, законом… Я любила тебя настолько, что твоё счастье ставила превыше всего. Так любила, что не захотела обременять собой и своей беременностью.

— Ты должна была мне всё рассказать!

— Думаешь, я не пыталась этого сделать, не решила, что ты должен узнать? Не для того, чтобы женить на себе, нет! Маленький человечек, растущий во мне, был ни в чём не виноват. Это его глупая мама что-то навыдумывала и приняла желаемое за действительное. Мысль об аборте ни разу не пришла мне в голову. Только не от тебя… Твоего ребёнка я не могла уничтожить. — Паркер снова всхлипнула. — Судьба решила не давать мне Мэттью, но одарила его частичкой. Я полюбила малыша сразу же, как только узнала, что он есть.