Книга Желание на любовь, страница 157 – Галина Колоскова

— Наверное, ты отказала мне даже во сне. — Мэттью сделал «щенячьи глазки». — Иногда становлюсь таким чувствительным, что сам за себя волнуюсь…

— Фигляр! Так откуда на плече рана? — Настойчивый, встревоженный взгляд требовал объяснений.

Он снова пытался уйти от ответа. Если Паркер так реагирует на лёгкое ранение, то что будет после свадьбы? Да захочет ли она вообще связывать себя с постоянно рискующим жизнью человеком?

— А с чего ты взяла, что это ранение? Может, мне вырезали фурункул?

— Да, причём фурункулёзом ты заразился от Чайтона! — Кэтлин присела на край кровати. — Побудь хоть недолго серьёзным. Лилибет всё рассказала, и вот что я нашла в кармане твоего пиджака.

На тонкой ладони лежала пластинка обезболивающих таблеток.

— Даже дети знают, что лекарство нельзя смешивать с алкоголем. Поэтому ты и вырубился. — Она осторожно прикоснулась к бинтам. — Расскажи правду. Задание оказалось слишком опасным?

Усталый взгляд карих глаз был полон сопереживания. Вуд подумал, что вряд ли она спала этой ночью, и грудь наполнилась теплом. Нежная, чувственная Колючка, им повезло снова встретиться. Бесцельно прожитые годы… Как мог не почувствовать раньше, насколько ему необходима именно она, а не безымянная брюнетка, выискиваемая глазами в безликой толпе… Если бы всё вернуть назад…

— Произошла нештатная ситуация.

— Это я уже знаю.

— Не хочу повторяться, но должен. — Агент накрыл её руку своей. — Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы подобного больше не случилось, не так глупо.

— Смерть никогда не бывает умной. — И не понятно было к кому относилась обида в голосе Кэт.

— Я обещаю не умереть! — Он замолчал, не в силах дольше говорить на эту тему.

В горле образовывался ком. Возникло дикое желание сжать хрупкую фигурку в объятьях и не отпускать. Хотелось взвыть от распиравшего душу чувства, не нужной ей пока нежности… «Нельзя напугать. Слишком рано, она не готова». И следующие слова, как лучший выход из сложившейся ситуации:

— Разве только от воздержания. — Насмешливый взгляд мастера по сокрытию чувств и эмоций опущен вниз. — Ты просто обязана пожалеть раненого!

— Мэттью, ты неисправим! — непроизвольная улыбка растянула пухлые губы брюнетки. — Всегда всё сводишь к единственному желанию…

— Что поделать, если рядом с тобой я дурею? — Как же ему нравилась её улыбка. — Хотя желаний как минимум пять!

Кэтлин безнадёжно махнула рукой. Взгляд снова наполнился тревогой.

— О чём ты хотел вчера поговорить? О ранении? — Она не сводила с агента глаз.

Он знал, что произойдёт после следующих слов, так же как и прекрасно понимал позицию брюнетки. Даже догадывался, что скажет она, но обсуждать по телефону данный вопрос нельзя. Только вот так, лицом к лицу, они впервые станут спорить о дочери.

— Не только. У меня есть к тебе огромная просьба.

— Какая?

Мэтт вздохнул, готовясь к худшему.

— Только не перебивай, речь пойдёт о Лилибет. Ранение Риджа намного серьёзнее моего. Ты понимаешь, что значит для дочери оставить его в таком состоянии и улететь домой?

Кэт подскочила с постели и нервно заходила по комнате. Вуд внимательно следил за ней взглядом, читая эмоции, быстро меняющиеся на побледневшем лице.

— Ты хочешь сказать, что девочка должна остаться в Вашингтоне? — Она провела ладонью по лицу, словно пытаясь убрать невидимую паутину. — Об этом не может быть и речи! — Высокий голос дрожал. — Не забывай, сколько ей лет и то, что она ещё школьница!