Онлайн книга «Желание на любовь»
|
— Невозможно притворяться тем, кем являешься на самом деле. — Если бы день назад кто-то сказал, что он произнесёт эту фразу, Мэттью рассмеялся бы, но факт оставался фактом: за бравадой возвышенных слов и излишне самоуверенными поступками стажёра скрывалось храброе сердце. Девочка промокнула салфеткой капли воды с подбородка отца. — Ты изменил мнение о Чайтоне и разрешишь нам спокойно встречаться? — Даже не надейся! Конечно, стану мешать, хотя и изменил… — Он заговорщически подмигнул. — Только пусть это останется нашей маленькой тайной, ладно? Дочь довольно улыбнулась и осторожно обняла его за шею. Мэтт готов был поклясться, что почувствовал, как Лилит втянула воздух, обнюхивая его кожу; тёплое дыхание обожгло щёку, заставив сердце биться от прилива отцовской нежности. Он с трудом расслышал сказанные в ухо слова: — А ты дай обещание, что посещение больницы по поводу ранений станет последним. В этот момент в горле осознавшего, насколько сильно лишённая папы девочка мечтала о родном человеке, Мэттью образовался ком и помешал ответить сразу. Он прочистил горло и хрипло проговорил: — Не могу обещать, но клянусь: сделаю всё, чтобы ты больше не плакала по моему поводу! На несколько секунд в комнате воцарилось молчание. Первым его нарушил Харрис: — Наши десять минут на исходе. — Пап, не будь таким занудным… Старший Вуд отвесил лёгкий подзатыльник фривольной в суждениях дочери. — Я прежде всего врач и знаю, насколько необходим покой недавно перенёсшему операцию человеку. — Он кивнул на тарелку с металлическим кусочком сплющенной пули, на которую до этого никто не обращал внимания. — Я попросил оставить на память этот сувенир. Бренда подошла к столику, взглянула на сталь и покачала головой. Несколько граммов холодной смерти. Вылети она из ствола под другим углом — и блестящий комочек мог стоить жизни её мальчику. — Не хочу, чтобы к этому сувениру добавлялись другие… Мэтт посмотрел в понимающие, всепрощающие глаза того же цвета, что и у него с дочерью. — Мам, и тебе клянусь: больше так бездумно под огонь не полезу! Лилибет придвинулась к ногам отца, давая возможность бабушке присесть рядом, но Брэндон подставил тёще стул. Устроившись на краешке обитого кожей сиденья, Бренда погладила небритую щёку сына, почувствовав острое желание запустить пальцы в непокорные рыжие вихры любимчика, как делала это раньше, когда он был ребёнком. Но мальчик давно вырос и сейчас лежал перед ней на больничной койкей со спрятанными под плотной повязкой волосами. — Я тебе верю, иначе просто не смогла бы мириться с твоей профессией. — Она по-доброму улыбнулась, вовсе не желая винить или осудить Мэттью следующими словами: — Каждое твоё задание стоит мне нескольких часов жизни и добавляет седых волос. — Прости. — Он прижался губами к тёплой руке и, как несколько минут назад сделала Лилит, втянул ноздрями родной запах. Губы миссис Вуд дрогнули, но ей удалось сдержать слёзы, и в этот раз оправдывая звание сильной женщины. — Не за что прощать человека, дарящего не часы, а годы жизни другим. — Она наклонилась и осторожно поцеловала сына в лоб, прямо поверх бинтов. — Я очень горжусь тобой! — И я! — воскликнула Лилибет. Слова жены подхватил Харрис: — Мы все гордимся тобой. И теперь уже с того конца палаты, где стояла Одри, раздался всхлип, но она не была бы собой… |