Книга Желание на любовь, страница 120 – Галина Колоскова

— Он тебя обидел?

Кэтлин с трудом сдерживала слёзы, боясь испугать Лилибет рвущейся наружу истерикой. Неужели ей придётся оставить ребёнка в Вашингтоне одного? И это желание найти виновного и защитить мать… Её серьёзная дочь, всегда пытающаяся докопаться до истины.

— Нет, не он. Скорее, это я сейчас всех обижаю отъездом.

— Так не делай этого!

Брюнетка тяжело вздохнула:

— Миленькая моя, я не могу тебе всего объяснить. По крайней мере, сейчас. Мне просто необходимо уехать — или сорвусь. И тогда всё станет намного сложнее.

— Но ты вернёшься? — В глазах девушки читалась мольба.

Преодолевая себя, Кэт улыбнулась.

— Ты так говоришь, будто я бросаю тебя. — Она внимательно смотрела на дочь, и та, не выдержав пристального взгляда матери, опустила глаза. — Я так поняла, ты остаёшься?

Лилит промолчала, но Кэтлин и без слов уже знала ответ на свой вопрос. Сердце щемило от тоски, однако невозможно вечно удерживать дочку возле себя. Как же быстро она выросла…

— Я сама когда-то вот так же с первого взгляда влюбилась, но этой любовью сломала себе жизнь.

Лилибет подняла взгляд — и брюнетка пожалела о произнесённых словах.

— Только не вини себя! Ты — самое лучшее, что было, есть и будет в моей жизни! Я просто хочу уберечь тебя от своих ошибок. Не нужно безоглядно отдаваться чувствам — лишь об этом хочу предупредить!

— Мам, я не маленькая. — Улыбнулась девочка, не раз доказывавшая правдивость этих слов. — Мне уже шестнадцать, и голова на плечах. Не бойся! Чайтон меня не обидит. Я чувствую это вот здесь, — она дотронулась до груди. — Не знаю почему, но я ему верю.

Кэт улыбнулась и посильнее прижала дочь, глубоко вдыхая аромат родного человечка.

— Конечно! Ты не маленькая и не такая глупая, какой была я в твоём возрасте, но на то и нужна мама, чтобы предупреждать о возможных последствиях необдуманных поступков. — Она заглянула в глаза Лилибет. — Может быть, всё же поедешь со мной?

— Нет. Раз ты разрешаешь остаться, я ещё немного погощу у отца. Да я и город не видела, кроме выставки и нескольких магазинов, куда заезжали с Одри. — Девушка широко улыбнулась: — Она клёвая!

Кэтлин кивнула:

— Я знаю!

— И отец тоже.

— И это знаю.

— Тогда почему уезжаешь? Это больше похоже на бегство. Мэттью точно не причинил тебе зла?

Лилит всматривалась в лицо матери, пытаясь понять, что стало причиной отъезда. Не скрывает ли она что-то страшное? Что мог сделать такого отец, что она, как и много лет назад, спасается бегством?

— Ты должна рассказать мне правду!

— Нет, я не от Мэтта бегу, а от самой себя. И расскажу, почему, — Кэт дотронулась до носа дочери губами, — когда-нибудь, но не сейчас!

Она с любовью и сожалением смотрела в наполнившиеся слезами глаза ребёнка.

— Ну же, девочка моя, ты всегда была намного сильнее меня. Это не конец света. Всё у нас наладится.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива!

— Я тоже этого хочу, но главное для меня — знать, что счастлива ты. — Кэтлин убрала вечно выбивающуюся рыжую прядку за ухо Лилибет. — Скажи, ты рада, что обрела папу и новых родственников?

— Очень!

— Ты простишь меня когда-нибудь за то, что молчала о них все эти годы?

— Уже простила. Я не вправе судить никого из вас.

— Спасибо, зая. Вот и этот мой поступок прошу простить. — Паркер немного помолчала, размышляя, стоит ли говорить дочери всю правду, но так и не осмелилась. — Есть обстоятельства, на разрешение которых понадобится время.