Книга Мой Запретный Роман, страница 47 – Катерина Тиманова

Тщательно прохожусь по поверхности стола на кухне тряпкой, стираю едва видные капли. Всё и так сияет чистотой, а я на какой-то черт не могу остановиться и чуть ли не до мозоли натираю кожу рук.

Я не понимаю, что можно целый день делать и не найти время для девушки, с которой вроде как у вас отношения. Совещание дедушки закончилось через полчаса после моего ухода, Аня так и написала, что Роман Николаевич ушел. Время было одиннадцать сорок пять, сейчас без пяти семь, и я на грани. В ушах играет современная музыка, это чтобы заглушить мысли, и она меня бесит. Снимаю наушники и бросаю тряпку в раковину.

Я не такая сильная, какой кажусь сама себе, черт. Слёзы всё-таки катятся из глаз, я не хочу быть слабой, не хочу быть настолько зависима от мужчины, но процесс запущен.

Иду в ванную, включаю напор холодной воды и брызгаю себе в лицо. Промываю глаза, и вместе с водой смываются слёзы, в таком состоянии я чувствую себя одинокой настолько, что хочется закрыть глаза, открыть и оказаться рядом с родителями. Чтобы мамочка обняла, а папа сказал, какая я у него хорошая и как любят меня. Да, я бы даже сейчас не отказалась поныть Ритке, хотя никогда так не делала.

Выключаю воду, и до моего слуха доносится рингтон мобильника, я его оставила на кухне. Всё во мне замирает на доли секунды, чтобы начать заново процесс только в какой-то нереальной скорости: сердце, пульс, кровь — всё галопом скачет, пока я не беру в руки телефон. Мелодия звонка продолжается, на дисплее номер Азарина. Я рада, что он позвонил, но и страшно ему отвечать, пока звонок не закончился, я отвечаю, прикрыв глаза.

— Да, — голос тихий, в квартире пугающая тишина после музыки в ушах.

— Ты дома? — без приветствия, и голос у него мрачный.

Ничего хорошего, похоже, наши отношения закончатся, так и не успев начаться.

— Дома.

— Выйди, я на том же месте.

— Хорошо.

Он больше ничего не говорит, и я молчу, а потом слышу короткие гудки. Я не дышала, боялась издать лишнего звука, чтобы не прослушать, что он скажет.

Насчёт своего внешнего вида я даже не парилась, вышла в чём была дома, только накинула сверху курточку. Машина Азарина находилась прямо перед моим подъездом, он был сосредоточен и одной рукой держал руль, на секунду зависла, наблюдая за его профилем. Рома сегодня в очках, и в них он безумно сексуален, на голове хаос, видимо, он ещё не смотрелся в зеркало, так и хочется пальчиками зарыться в его волосы и потянуть на себя, чтобы поцеловать. Он поворачивается, и вся магия исчезает вмиг, он зол.

Спускаюсь по лестницам, обхожу «Лексус» и сажусь сразу, принимая закрытую позу. Руки на груди скрещены, ноги вместе, и смотрю прямо, найдя точку опоры для глаз, так легче держать эмоции, а я чуть нестабильна.

— Ничего мне рассказать не хочешь, Белла? — начинает он наш диалог.

— Прости, Рома. Я хотела тебе рассказать, но позже, — это правда.

— Позже, — усмехается, — Я себя идиотом чувствую, ты же знала, что я работаю с Воронцовым, ты не могла не знать.

— Это что-то меняет между нами?

— Белла, — произносит он моё имя так, будто уже устал от меня. — Это слегка усложняет, но не меняет.

Держится он отстраненно.

— Хорошо, тогда почему ты до сих пор меня не поцеловал?

Рома запрокидывает голову и издаёт смешок, честно, только теперь я чувствую разницу между нами. Он взрослый мужчина, имеет статус в узких кругах, а я кто? Соплячка, только и могу хвастаться своими успехами в учёбе. Я не такая взрослая, какой хочу быть, и сегодня, сбегая с совещания, доказала это.