Книга Все на своих местах, страница 51 – Дана Андерс

— А я пока не буду ее искать, — ответила я. — Придумаю что-нибудь.

— Ну ты смотри, не сильно затягивай.

Я вышла из машины у своего подъезда, а Женя поехала дальше. Два стопки журналов были тяжелыми. После коньяка немного тянуло в сон. Я налила себе кофе без молока и устроилась на диване вместе со старыми журналами.

Я быстро листала их, почти не останавливаясь, хватала глазами названия статей, смотрела на фотографии. В основном там были именно фотографии, но иногда попадались картинки и коллажи из фото и рисунков — обычно этим иллюстрировали какие-то рассказы, реже — статьи. Рассказы были в каждом номере. Рисунки чем-то напоминали мои, которые я рисую вместо того, чтобы писать лекции. Только цветные. Будто небрежно раскрашенные фломастерами. Люди. Парни, девушки. Разные сцены из жизни и отношений. Рядом с рисунками, ближе к корешку журнала, мелкими буквами было напечатано “Иллюстрации: Анастасия Яковлева”

Рисунки были простыми, но живыми и точными. Я рассматривала каждый и не могла оторваться. Получается, их все нарисовала я. Или нарисую позже. Я не была участницей каких-то конкурсов, как я подумала раньше. Мои иллюстрации были в каждом номере в течение двух с лишних лет. Я была иллюстратором. Я работала. Наверное, мне платили за это деньги. Журнал известный, тираж несколько сотен тысяч каждый месяц, издается по всей России.

Я не рисовала одинаково все два года. Стилистика оставалась той же, но было заметно, что техника за два года сильно улучшилась. Иллюстрации и в начале смотрелись хорошо, но в последних номерах они выглядели намного увереннее, как профессиональные. Даже не верилось, что это делала я — девочка, рисовавшая комиксы про однокурсников одной черной ручкой.

Дальше я экспериментировала. Я брала фото, делала коллажи и аккуратно дополняла их рисунками. Выглядело интересно.

Похоже, что я была не такой уже неудачницей, как подумала о себе сначала. Рисуя своих знакомых в тетради, я и подумать не могла, что буду рисовать за деньги для журнала, который читала еще со школы. Но что случилось потом? Почему я перестала рисовать? Как так получилось, что я оказалась на той мутной и бестолковой работе, откуда меня выгнали несколько дней назад?

Файлы дневника в ноутбуке по-прежнему не открывались. Наивно было думать, что за пару дней что-то изменилось. Вика точно знает об этой истории про иллюстрации и журнал. Я налила еще кофе и продолжила рассматривать. Звонить Вике было уже поздно, наберу ей завтра днем.

Внизу стопки журналов оказалась белая самодельная брошюра размером с альбомный лист. Наверное, мама случайно положила ее сюда и не заметила. Обложка была из не очень плотного белого картона. Надпись печатными буквами, от руки красным фломастером “Северо-восточный округ г. Москвы, декабрь 2008, черновик”

Что-то очень знакомое… Мне кажется, я совсем недавно видела это, когда навещала бабушку и деда. Недели две назад. Дед мастерил какую-то книгу, там была карта района, клеил туда фотографии мест, писал печатными буквами описание, хотя у них есть компьютер. Можно было сделать все на нем и распечатать на принтере.

Обложка была сильно потертой. Я уверена, что это та самая книга с картой. Что мне с этим делать? Столько информации и впечатлений за этот день. Как бы все это переварить теперь. Несмотря на кофе, я чувствовала себя уставшей. Я собрала журналы в стопку, сложила на столик у дивана. Рядом положила книгу с картой.