Книга Вниз, к звёздам. Том I, страница 206 – Нюта Либра

— Ты что? Все девчонки в классе уже давно обзавелись парнями, – разоткровенничалась Эмма, – Это я ещё проштрафилась. Мне уже семнадцать, а я по-прежнему девственница.

— Так ты встречаешься с Дрейком, только чтоб не слыть белой вороной?

— Ну, не совсем так. Кроме того, очень любопытно узнать, каково это… Ну ты понимаешь… Да и живём один раз. Нужно попробовать всё. Развлечься на полную катушку. Получить удовольствие. Разве нет?

— Наверное…

Аня не успела погрузиться в размышления на предложенную тему, так как охрана доложила о приезде горячо ожидаемого гостя. Выйдя в гостиную, девушка удивилась: Тимофей, скрывающий своё стеснение за закрытыми дверьми гостевой комнаты, покинул надёжное укрытие, изъявив желание присоединиться к вечерним посиделкам.

Эмма ввела Дрейка в дом через кухню, так как Лютик, издалека заприметив незнакомца, грозно оскалился и выбежал из своей будки, которая располагалась ближе ко входу гостиной.

Восемнадцатилетний парень выглядел уж совсем по-взрослому: загорелый, накачанный, ростом около двух метров. В его внешности отсутствовал малейший намёк на изъян: каштановые волосы в каскадной стрижке, белозубая улыбка, большие зелёные глаза. В его лице было что-то от Джоша Хэллоуэя, что-то от Джеймса МакЭвоя, но это что-то при верном сочетании давало ошеломляющий эффект. Впрочем, внешняя привлекательность являлась его единственным достоинством, потому что вещи, касающиеся его образа жизни, мыслей и воспитания, ввергли Аню в пучину сомнений.

Во-первых, родители байкера уже семь лет как жили в разводе. Мистер Хантер, отец Дрейка, женился второй раз, обзавёлся двумя дочерями и переехал куда-то в Арканзас, сделав вид, что у него и вовсе не было никакого сына. Мать же парня не выдержала такого удара судьбы и спилась. Дважды она лечилась в наркологической клинике, но это не привело к удовлетворительным результатам. В итоге Дрейк поселился в металлическом трейлере, который смастерил из обломков старой дядюшкиной машины. Работать парень категорически отказывался. Питался на деньги, полученные в долг или же при участии в ночных мотоциклистских гонках. Не получив необходимых баллов и рекомендаций, не сумел поступить в университет на стипендию, поэтому уже почти год шлялся по улицам, развлекаясь на дружеских вечеринках и наслаждаясь пивным попоем. К тому же, Дрейк не раз вовлекался в криминальные дела, за что получал многочисленные штрафы и общественные работы.

От столь душещипательного рассказа Аня едва не расплакалась. Нет, не потому, что пожалела бедного юношу, а потому, что Эмма, глупая и доверчивая девчонка, влюбилась в какого-то проходимца без надёжного будущего.

Более того, по предложению Дрейка из комнаты отдыха в гостиную спустили игровой стол для покера. Аня пробовала пару раз научиться играть, но в одиночку такое трудно было провернуть. Может, хотя бы в компании у неё получится лучше. Тем более, что Дрейк оказался почти профессионалом этой карточной игры. Вот и третий источник его дохода раскрылся.

Начали со ставки в десять долларов. Тимофей, не очень вникнув в суть игры и перепутав правила, после торна сбросил карты, хотя ему достался неплохой шанс на победу в виде стрита. Ане повезло больше, особенно по части ума и сообразительности, и она обыграла Эмму, использовав фулл хаус. В финале же девушка уступила первенство Дрейку, который смог собрать стрит флеш и получить конечный выигрыш в сто долларов. По завершении первого тура победой гостя Аня настояла на втором, но с некоторыми изменениями. Она объединилась с Эммой в мини-группу, намереваясь обставить мужскую часть игроков. И всё же, несмотря на глуповатость Тимофея, раздражавшую его соседа по игральному столу, и медлительность Эммы, которая, возможно, явилась косвенной причиной его резко снизившихся умственных способностей, игра завершилась крайне неожиданно. Обе мини-команды выложили на стол полученные комбинации. И, о как невероятно, они состояли из флеша: у Ани и Эммы вышел червовый, а у Дрейка с Тимофеем – из бубен. В связи с этим увеличенную ставку до трёхсот долларов пришлось поделить поровну. Так что каждому досталось по семьдесят пять американских рублей.