Книга Вторая жизнь, страница 7 – Соня Недосып

Двери лифта мелодично звякнули и разъехались. Исполнительский этаж был мертвенно тих. Толстые ковры впитывали любой звук. В конце коридора, за стеклянными стенами главного зала заседаний, разворачивалась напряжённая, удушающая драма. Семь членов совета директоров уже сидели за массивным столом из цельного ореха. Во главе стола стоял Кристиан.

Он метался по комнате. Его костюм на заказ, обычно вторая кожа-броня, выглядел помятым. Узел шёлкового галстука был ослаблен. Он снова и снова проводил рукой по волосам, оставляя их растрёпанными и неухоженными.

В кресле у стены, совершенно неуместная в своём пастельно-розовом кашемировом кардигане, сидела Дейзи.

Я замерла перед дверью. Приторно-сладкий запах ванили просачивался сквозь щель стеклянной двери, ударяя в горло физическим рвотным рефлексом. В прошлой жизни, увидев её здесь, выставляющую напоказ свой статус новой женщины до того, как высохли чернила на разводе, я бы рухнула. Я бы сбежала в туалет и выворачивалась наизнанку.

Сейчас я чувствовала лишь клиническое любопытство. Она выглядела такой молодой. Такой нарочито хрупкой.

Я толкнула тяжёлую стеклянную дверь. Она распахнулась внутрь с приглушённым, дорогим шуршанием. Каждая голова в комнате резко повернулась ко мне. Тишина сгустилась, превратив воздух в желе.

— Ирэн, — выдохнул Кристиан.

Его голос звучал хрипло, скребуще. Он перестал метаться. Цвет полностью ушёл с его лица, оставив кожу оттенка старого пергамента.

Гарри Фокс сидел справа от него, выглядел так, будто не спал неделю. Его обычно безупречный галстук съехал набок, рубашка промокла от пота. Он не смотрел мне в глаза — он уставился в лежащий перед ним блокнот, будто там были записаны тайны вселенной.

— Вам здесь не место, — сказала Дейзи. Её голос был высоким, дрожащим, пытался источать территориальное превосходство, которого она ещё не заслужила. Она встала, скрестив руки на груди. — Это закрытое совещание руководства. Кристиан, вызови охрану, чтобы её вывели.

Члены совета — в основном пожилые мужчины в серых костюмах и одна суровая женщина по имени Патриция — обменялись паническими, растерянными взглядами. Фокс, очевидно, ввёл их в курс дела. Дейзи, прикрытая эго Кристиана, была единственной в комнате, кто не подозревал о взрыве, который уже произошёл.

— Сядь, Дейзи, — сказала я. Я не кричала. Я не усмехалась. Я просто говорила с той ровной, усталой интонацией, которой мать просит ребёнка положить острый предмет.

— Прости?

Её лицо залилось багровым румянцем.

— Заткнись, Дейзи. Сядь, — рявкнул Кристиан. Он даже не взглянул на неё. Его глаза были прикованы ко мне — безумные, отчаянные.

Дейзи вздрогнула, будто он ударил её. Она опустилась обратно в кресло, нижняя губа дрожала.

Я прошла к противоположному концу орехового стола. Кресло было пустым. Я отодвинула его. Кожа скрипнула под моим весом, когда я села, швырнув свой брезентовый рюкзак на полированное дерево. Он приземлился с глухим, тяжёлым стуком, сбив хрустальный стакан с водой. Вода разлилась по столу, собираясь лужицей у края корпоративного буклета. Никто не пошевелился, чтобы вытереть её.

— Давайте покончим с этим, — сказала я, откинувшись на спинку и скрестив руки на груди. — У меня доставка продуктов между двенадцатью и двумя, и я не хочу, чтобы молоко простаивало у двери.