Книга Пышка для Шрама. Украду и не верну, страница 2 – Саня Сладкая

А затем, падает на землю с глухим, приглушенным стуком. Чтобы не закричать, зажимаю рот ладошкой, и отхожу на несколько шагов вглубь комнаты. Этого не может быть. Это просто кошмарный сон!..

Спустя мгновение, я уже несусь по коридору: нужно срочно разбудить папу. На наш дом напали грабители, которые только что расправились с охранником! Отцовская спальня находится в другом конце коридора, и когда я толкаю дверь на себя, то не удерживаю равновесие и лечу носом вперед.

— Папа! Ты тут? На нас напали!

В спальне никого нет, и я не понимаю, что происходит. В голове стучат молоточки, дыхание становится прерывистым. Так, стоп! Нужно немедленно успокоиться, или я сойду с ума от страха.

На первом этаже что-то гремит. Слышу, как хлопают двери, слышу грубый, мужской голос. Голос, от которого все дрожит и холодеет внутри.

Обливаясь потом (все-таки, я далеко не дюймовочка, чтобы быть незаметной), я крадусь к перилам лестницы. Хочу хоть одним глазком взглянуть на преступников, которые посмели пробраться в наш дом.

Лучше бы я умерила свое любопытство, и думала о том, как унести отсюда ноги. Отец сидит на диване в гостиной: торшер в углу освещает половину зала, и я вижу только его затылок и спину. Светлана тоже находится с ним. В нежно-розовой, кокетливой сорочке, она прижимается к отцу и тихонько всхлипывает.

Я вижу, как дрожат ее плечи от рыданий, и впервые чувствую искреннее сострадание.

Незнакомец в маске стоит напротив них с автоматом наперевес. Происходящее кажется нереальным. Может, я, правда, сплю, и все это, только — кажется? С какой стати, мы могли понадобиться этим негодяям? Что им вообще нужно?!

Я уверена, что незнакомец, что-то выжидает. Стоило об этом подумать, как хлопнула входная дверь, и в зал входит еще один мужчина. Одновременно с его появлением, мужчина вскидывает свой автомат и делает сначала один, а затем — второй выстрел.

Я вскрикиваю, и хватаюсь за перила. Отец! Ударной волной его тело откидывает назад, и теперь он лежит, раскинув руки широко в стороны. Тело Светланы я не вижу — после выстрела она завалилась на бок. Все кончено.

Кончено! Перед глазами расплываются черные круги, и сквозь них я замечаю, как мужчины задрали головы и наблюдают за моими истеричными конвульсиями.

Мерзавец, который пришел вторым, метнулся в сторону лестницы. Сообразил, что я никуда не денусь. А черта с два! Я просто так не дамся! Я буду бороться изо всех сил!

Разворачиваюсь и бегу обратно в спальню. Слезы текут по щекам, и я размазываю их по лицу. Задыхаясь и захлебываясь от рыданий, с трудом влезаю в шкаф и достаю из лифа сотовый телефон. Ничего, я успею позвать на помощь.

Этим ублюдкам придется ответить за то, что они сотворили. Они убили моего отца! Убили единственного человека, который был в моей и без того безрадостной жизни!

Когда на том конце берут трубку, я начинаю сбивчиво бормотать адрес, и заикаться. Но все слова застывают в горле, когда дверца шкафа резко распахивается, и мужская рука грубо хватает меня за шкирку.

— Ты дура?

Мужчина вытаскивает меня наружу и резким движением выбивает телефон из руки. Я с тоской смотрю, как он пролетает через всю комнату и врезается в стену. Задняя крышка отлетает вместе с батареей, и экран гаснет.

— Я… вы за все ответите. Ясно?! — шиплю сквозь зубы, и пытаюсь вырваться из железной хватки незнакомца, — вы убили моего отца. В доме есть камеры, и они записали каждый ваш шаг. Вы оба сгниете в тюрьме!